– А кто-нибудь объяснит мне, зачем Роману убивать Карла? – подал голос Коневич. – Ну, допустим, Луиза – конкурент на получение наследства, а Карл-то чем ему мешал?

– Тем, мой юный друг, что никакого наследства не было, пока Карл оставался жив, – снисходительно объяснил коллеге Логинов. – Кроме того, мы не знаем, что написано в завещании…

– Как и не знаем, существует ли оно! – парировал Леонид. – Допустим, Карл вычеркнул Луизу из своей последней воли: зачем тогда Роману ее убивать?

– Только если также допустить, что он знал об этом! Кроме того, откуда ты взял, что Карл вычеркнул жену – может, Романа или обоих разом? А пока что мы принимаем за истину то, что завещания нет. Ну, вы поели? Тогда вперед, к новым свершениям: к вечеру мы должны хоть что-то добыть на Вагнера!

* * *

Лера решила не ждать у моря погоды, то бишь отчета судмедэксперта, а прийти к нему и получить ответы на свои вопросы. Как она и ожидала, Павел Дорошенко не выказал ни малейшей радости при ее появлении: он не любил общаться со следователями лично, предпочитая сухой и точный язык документов.

– Подождали бы еще пару часов и получили бы отчет! – проворчал он.

– Простите, не утерпела! – посыпала голову пеплом Лера, не ощущая ни малейших угрызений совести: в конце концов, она не для себя интересуется, а для пользы дела, и Дорошенко должен это понимать! – Можете в двух словах обрисовать, как погибла Луиза Вагнер?

– Жертву задушил некто, кто сидел на заднем сиденье, – об этом говорит форма и направление странгуляционной борозды на ее шее.

– А чем задушил, можете предположить?

– Я обнаружил в борозде ворсинки красного цвета. Сначала я подумал, что они из сидений, обтянутых красным бархатом, но потом выяснил, что материалы отличаются. Так что, предполагаю, ворсинки с орудия преступления! Однако что оно собой представляет, пока сказать не готов.

– Шарф? Шнур? Пояс?

– При обследовании тела обнаружены странные отпечатки по обе стороны шеи – как будто от пряжки. У поясов обычно только одна пряжка, так что буду разбираться!

– То есть это что-то из красного материала и с пряжками, я правильно поняла?

– Да, пока так. И на спинке водительского сиденья с обратной стороны обнаружены грязь и частичные отпечатки подошвы спортивной обуви. Не уверен, сумею ли я определить по ним марку, но попытаться стоит. Анализ грязи займет какое-то время.

– Интересно, как вышло, что Луиза позволила кому-то сидеть на заднем сиденье? – задумчиво пробормотала Лера.

– Обычно люди предпочитают сидеть в машине рядом – если, конечно, переднее сиденье не занято! И что вы по этому поводу думаете?

– У меня есть два варианта. Первый: некто пробрался на заднее сиденье тайком, незаметно для Луизы, до того, как она села в машину, а потом неожиданно напал.

– А второй?

– Возможно, в машине было не два человека, а три?

– То есть один сидел спереди, рядом с водителем-жертвой, а второй – сзади? Гм, такое возможно! Пока сидящий рядом отвлекал жертву разговорами, его подельник ее и задушил…

– Точно! В машине нашли еще что-нибудь?

– Если вы насчет отпечатков, то они принадлежат убитой, ее покойному мужу, а также нескольким другим людям: если отыщете подозреваемых, можем сличить, а так…

– Что ж, ясно.

– И вот еще что, – спохватился Дорошенко. Отошел к столу, выдвинул нижний ящик и достал оттуда маленький прозрачный пакетик.