– Так вы за этим приходили в нотариусу?

– Надо было с чего-то начинать! Я хотел понять, кто еще знает о завещании и желает его заполучить или уничтожить. Оказалось, два человека – Луиза и Эдуард.

– Выходит, вы знали о существовании завещания?

– Разумеется, Карл мне сказал.

– И кто же наследники?

– Я.

– Только вы?

– Да.

– Вам не показалось это странным? Ну, у Карла ведь есть и другие родичи…

– Он не объяснял мне своих мотивов – просто поставил перед фактом.

– И вы, конечно же, не возражали?

– А вы бы возражали?

Если бы Лере оставили кучу денег, бизнес и недвижимость? Глупый вопрос!

– Я никогда особо не общался с родней Карла, – добавил Роман. – Он этого не хотел.

– А как, по-вашему, почему ваш приемный отец возражал?

– Наверное, у него имелись причины.

Звучало странно, ведь Роман, будучи усыновлен Карлом, должен был войти в его семью. Однако Карл не пытался сделать его ее частью, а, казалось, всячески ограждал приемного сына от общения с другими домочадцами.

– Вы не считаете, что Карл мог действовать так из-за вашего диагноза? – спросила Лера.

– При чем тут это?

– Ну, может, он боялся за своих родных?

– Вы же ничего не знаете! – усмехнулся Роман.

– Не знаю, потому что ни вы, ни ваш врач не хотите рассказывать.

– Это не имеет отношения к случившемуся, можете мне поверить!

Лера так не считала. Все, что она на данный момент знала о Романе Вагнере, ставило ее в тупик, и главной проблемой был этот самый пресловутый диагноз! Ей казалось, что, знай она, чем болен подозреваемый, это решило бы половину дела.

– Вам известно, где находится завещание?

– Копия – у нотариуса, естественно. А оригинал – в сейфе. Сейф, я так понимаю, у вас?

– Вы можете его открыть или нам вскрыть его самим? Ну, раз нет опасности, что…

– Вот, возьмите, – перебил ее Роман, снимая с пальца кольцо, которое Лера сама же и передала ему, получив, в свою очередь, от Сурковой.

– Зачем?

– Кольцо – ключ от сейфа, – пояснил он. – Карл отдал его мне, когда рассказал о завещании и попросил забрать сейф к себе.

– Почему?

– Думаю, он что-то подозревал.

– В смысле, что его могут убить?

– Нет, конечно! Просто боялся, что, несмотря на его предупреждение, у домочадцев может возникнуть искушение там пошарить. Мы перевезли сейф в мою квартиру, а потом я решил, что в мастерской ему будет безопаснее. Кстати, я оказался прав, ведь следователь Лурье так и не узнал о существовании мастерской и, соответственно, не обнаружил сейфа!

– Вы открывали его после смерти Карла?

– Только когда вы рассказали об ожерелье. Я, честно говоря, и думать о нем забыл, ведь заказ был закончен до того, как все произошло, и я положил его в сейф. Я не знал, кто заказчик, но потом появились вы. Я открыл сейф, нашел ежедневник Карла, где он записывал и свои встречи, и заказы, полученные от особо важных клиентов. Так я и выяснил имя Думбадзе.

– Ежедневник все еще в сейфе?

– Да. Я прочел его от корки до корки, пытаясь найти хоть что-то, какой-то намек на то, кто убил Карла…

– Нашли?

Роман покачал головой.

– Теперь мы попробуем, если не возражаете, – сказала Лера.