– Я… я никого не убивал! – взвизгнул Антон, отшатнувшись. – Я не трогал Луизу! А ей… ей все это больше не нужно, она же умерла, вот я и взял, иначе прислуга все бы растащила!

– Отличное оправдание воровству! – криво усмехнулся до сих пор молчавший Логинов.

– А у кого я украл? – вскинулся паренек. – У Луизы детей нет, а значит, нет и наследников!

– У нее есть мать, – неожиданно для всех присутствующих заявила Лера. – И младший брат. Они живут в другом городе. Брат приезжает завтра и останется до тех пор, пока мы не сможем вернуть ему ее тело для погребения. Так что наследники у Луизы имеются, и ее драгоценности принадлежат им!

Уголком глаза Лера поймала взгляд Логинова – господи, неужели в нем промелькнуло уважение?! Невероятно! Чему тут удивляться: в ее обязанности входит выяснение всех фактов о фигурантах дела, и поиск родственников жертв имеет к этому прямое отношение!

– Таким образом, – продолжила она, – твое деяние квалифицируется как кража и сбыт краденого… Хотя, конечно, на фоне убийства эти две статьи смотрятся не так ярко.

– Да какое убийство?! Я же говорю, что просто взял золото… Не знал я, что у Луизы мать есть! Дед умер, денег в доме нет…

– А тебе до зарезу надо было ширнуться, да? – догадался Логинов. – Только ты вот чего не учел, дружище: несмотря на всю ценность Луизиных украшений, похоронит тебя всего одна – вот эта маленькая пусета!

– Она лежала в шкатулке вместе со всеми! – закричал Антон. – Мне нужны были «колеса»! А как я должен жить, если мать денег не дает, а дед… В любом случае мне же положена часть наследства – значит, я в счет него и взял!

– Э нет, так не делается! – покачал головой Виктор. – Вступить в наследство можно не раньше чем через полгода после смерти родственника… Хотя ты – другое дело, тебе ничего не положено!

– Почему это? – удивился парень.

– Потому что тебя нет в завещании Карла.

– В… завещании?

По лицу Антона Лера видела, что он впервые слышит о существовании документа. Значит ли это, что он невиновен?

– В завещании указан только один наследник, – добавила Лера.

– И кто? А-а, знаю, – небось, Эдик, да? Уж он лизал деду… одно место! Или, может, Эльза, наша чудо-девочка, комсомолка-спортсменка?

– Роман.

– Кто?

– Роман, – повторила Лера. – Он – единственный, кто имеет право на состояние Карла.

– Как так? Он же… он же не… не родной!

– Ну, во-первых, это не имеет значения: Карл официально усыновил Романа, поэтому по закону он – его сын. Однако выяснился интересный факт: оказывается, Роман на самом деле твой брат!

– Чего? – Антон захлопал глазами, и на мгновение Лере стало его жаль: в сущности, он ведь еще ребенок, хоть и сбился с пути!

– Роман – твой брат по отцу, понятно? – объяснил за нее Логинов. – Твой дед об этом узнал, потому и забрал его из детского дома.

– Но почему он ничего не сказал? Он… он же говорил, что Роман…

– Мотивы Карла мы вряд ли поймем, – прервала парня Лера. – Если тебя это утешит, Роман тоже понятия не имел о родстве с вами: Карл рассказал ему правду лишь накануне гибели.