Неожиданно дверь распахнулась, и в крошечную комнатку ворвался Герман Рубис.

– По какому праву вы допрашиваете моего клиента без моего присутствия?! – гневно спросил он. И, обращаясь к Антону, добавил: – Надеюсь, ты не успел наговорить ничего, способного тебе навредить?

– Я спрашивала Антона, не желает ли он что-нибудь сообщить нам или о чем-то заявить, Герман Борисович, – спокойно пояснила Лера. – Он ни словом не обмолвился, что вы представляете его интересы!

– Он несовершеннолетний, а я – адвокат семьи, кого вы пытаетесь надуть?!

– При допросе присутствует представитель органов опеки, – сказала Лера, кивнув в сторону сидевшей по правую руку от нее женщины. – Что, собственно, вас не устраивает?

– Ничего, – уже спокойнее сказал Рубис, плюхаясь на стул рядом с Антоном. – Только с этого момента я буду рядом!

– Не возражаю, – пожала плечами Лера. – Так мы продолжим?

– Извольте!

– В машине нашли не только серьгу, Антон, – там также обнаружили медвежью шерсть…

– Что, простите? – переспросил адвокат.

– Шерсть бурого медведя.

– И какое это имеет отношение…

– Самое прямое!

Лера выложила на стол несколько фотографий: на всех был изображен Антон в обнимку с чучелом медведя.

– Помнишь, где сделаны эти снимки? – спросила Лера.

– Ну да… это на вписке в день… ну, в день, когда деда…

– На вечеринке по случаю дня рождения одноклассника, – пояснила Лера для Рубиса. – Как видите, Антон имел непосредственный контакт с чучелом бурого медведя – так, полагаю, волоски и попали на сиденье машины Луизы.

– Позвольте, но это ни о чем не говорит! – развел руками адвокат. – Там находилась куча подростков…

– Но только один из них имел мотив и возможность, – подхватила Лера. – И это – ваш клиент!

– Так, давайте о мотиве: каков он?

– Наследство Карла.

– Он получит свою долю по закону как несовершеннолетний.

– Нет, не получит.

– Почему?

– Потому что существует завещание.

– Так вы его все-таки нашли?

– Нашли.

– И кто наследники?

– Роман Вагнер. Во избежание вопросов лично для вас повторю, что Роман – не приемный сын Карла, а его родной внук, сын покойного Георгия.

– Что вы такое говорите?!

– Чистую правду, Герман Борисович! Антон получил свою долю, полагавшуюся после смерти отца, а дедушка решил не оставлять ему ничего. В свете того, что сейчас он является подозреваемым в деле об убийстве наследодателя, полагаю, вам не нужно объяснять, что…

– Не нужно, спасибо! Но, раз вы сами говорите, что Антона в завещании нет, какой ему смысл убивать Карла?

– Но он ведь не знал о завещании – никто не знал, кроме Романа. Так что Антон мог предполагать, что, избавившись от Луизы и «подставив» Романа, наследников по закону, он получит желаемое!

– Хорошо, – кивнул адвокат, – теперь о возможности: Антон, как вы сами говорите, находился совершенно в другом месте в момент убийства Карла, так как же он мог его совершить?!

– Алиби слабенькое, – вновь вступил в беседу Логинов.