Я с тревогой глянула на берег. Море разбушевалось еще сильнее. Теперь оно приобрело угрожающий темно-зеленый цвет и плевалось пеной, как взбесившийся пес.

Амандина присела на камень, собираясь с мужеством. Теперь шторм ревел вдоль всего пляжа, хотя вокруг море выглядело совершенно спокойным. Значит, именно наше присутствие пробудило гнев водяных духов.

Я протянула руку со словами:

– Дай мне жемчужины, я разбросаю их… Будем рисковать вместе.

Амандина вручила мне кожаный мешочек с волшебным жемчугом, и я отправилась навстречу прибою. Грохот стоял ужасающий, и я отчаянно трусила. Если бы я могла, я заткнула бы уши и бросилась наутек со всей возможной скоростью. Чем ближе я подходила, тем более различимы становились гневные лица в пенных водоворотах. Миллионы разинутых глоток ревели: «Еще десять шагов, глупая девчонка, и мы поглотим тебя!» Волны одна за другой набегали на пляж, стараясь настичь меня. К счастью, я была вне их досягаемости и до меня долетали только соленые брызги.

Подходить ближе к прибою было бы чистым безумием. Я развязала горловину мешочка и разбросала по песку десяток жемчужин. Они тут же впитали в себя солнечные блики и засияли с невероятной яркостью.

Разложив таким образом приманку, я отступила. Долго ждать мне не пришлось. Не прошло и трех минут, как из воды показались прекрасные лица. Сирены! Я насчитала шестерых. Они были безумно красивыми, но когда они заулыбались, я различила за нежными губами мелкие остренькие зубки, хищные и страшные. Зубы настоящих акул. Да уж, не стоило давать им шанс укусить меня!

Несмотря на совершенную красоту, в них было что-то пугающее. Глаза их оказались черные с золотом, как у рыб. Они разглядывали меня с настораживающей пристальностью.

Заметив жемчужины, они поползли по песку, стараясь, однако, не покидать полосы прибоя. Тело каждой их них, начиная от пупка, переходило в рыбий хвост с широким перепончатым плавником, которым они с силой колотили по воде, вздымая тучи брызг. Протягивая руки к жемчужинам, они издавали хриплый визг, как разъяренные кошки. Поскольку я постаралась разложить жемчуг вне их досягаемости, они нервничали и лупили хвостами все сильнее. Одна из них подняла на меня взгляд и сказала невероятно чистым, мелодичным голосом:

– О прелестное человеческое существо, если ты принесешь нам жемчужины, мы споем тебе чудесную песню…

Увидев эти уставленные на меня акульи глаза, я содрогнулась. А ведь были еще эти острые зубы, скрытые за сладостными, как мечта, губами…

– Наши песни знамениты, – продолжала уговоры сирена, – они прогоняют грусть и дарят вечное счастье. Если я спою для тебя, ты больше никогда не прольешь ни слезинки. Что бы с тобой ни случилось, ты будешь радостно улыбаться.

– Звучит очень заманчиво, спасибо за предложение, – ответила я, – но я пришла сюда не за этим… и этот жемчуг принадлежит не мне. Моя подруга хочет спросить вас кое о чем. Это ее жемчужины. Если ваш ответ удовлетворит ее, она будет счастлива преподнести их вам в подарок. У нее еще много жемчуга, даже прекраснее, чем этот…

На мгновение я подумала, что сирена сейчас выскочит из воды, чтобы снести мне голову и вырвать из моих рук мешочек с «вишневыми косточками». Я невольно отступила на десяток шагов. Она продолжала улыбаться, но ее когти яростно чертили в песке глубокие борозды.

– О, не уходи! – жеманно проворковала она, изо всех сил стараясь выглядеть очаровательной. – Я уверена, что мы сумеем договориться. Мы не любим отвечать на вопросы, но не можем обойтись без лунного жемчуга. Мы едим его, и он дарит нам вечную молодость и красоту.