|
Но многие адепты новой религии не желали покидать Ахетатон, и их вера в Атона оставалась тесно связанной с новым городом, в котором они провели последние тринадцать лет. Упорные последователи Эхнатона и его веры в Атона, по-видимому, остались в городе, пытаясь продолжать вновь учрежденный круг ежедневных жертвоприношений, церемоний и ритуалов в честь солнечного диска, до тех пор, пока неизбежный распад социальной инфраструктуры города не вынудил их покинуть эти места. После этого Ахетатон быстро превратился в селение или, лучше сказать, город-призрак, в котором останавливались лишь кочевые племена, находившие приют в некогда величественных зданиях. И так до тех пор, пока город не был разобран до основания в правление Хоремхеба.
Жрецы и простые египтяне, оставшиеся верными религии Эхнатона, объявленной вне закона, вероятно, были объявлены еретиками, подлежащими изгнанию из общественной жизни, если они не желали вновь вернуться к прежнему египетскому политеизму. Мы можем сравнить их с первыми христианами в Иерусалиме и Риме, которых одинаково чурались и презирали римляне и евреи. Не исключено, что они также имели статус «прокаженных» и «нечистых» — термины, использовавшиеся Манефоном для описания последователей Осарсифа-Моисея, хотя эти люди не были ни носителями болезни, ни слугами порока, будучи лишь изгоями общества. Давайте прочтем слова египетского автора, описывающие отношение Аменофиса, сына Паписа, к последователям Осарсифа-Моисея: «…это были некоторые из ученых жрецов, зараженных проказой, но даже сам Аменофис, мудрец и пророк, опасался, что боги разгневаются на него и на царя, если те проявят жестокость и насилие в отношении их…» Рис. 11. Эхнатон и Нефертити, возлагающие ожерелья на любимых придворных. Монаршей чете помогают три юные дочери.
Кто же были эти «ученые жрецы, зараженные проказой»? Быть может, они являли собой искаженное напоминание о жрецах-ренегатах, верных религии Атона, которые остались верными объявленной вне закона религии и после смерти Эхнатона? На наш взгляд, это наиболее вероятное объяснение.
Осарсиф-Моисей — это Эхнатон Давайте теперь рассмотрим те тринадцать лет, которые Осарсиф-Моисей и его последователи с помощью «пастухов» из Иерусалима, как утверждают, захватили власть в Египте. Это, по признанию британского египтолога Артура Уэйгалла, произошло в 5-й год семнадцатилетнего правления Эхнатона, который отказался от своего прежнего династического имени Аменхотеп IV и спустя месяц перебрался на место своей будущей столицы. Там фараон-еретик вознес жертвы на алтаре под открытым небом, чтобы ознаменовать основание города, а затем поселился в огромном шатре, где и жил, пока в 6-м году его правления не был готов царский дворец. Эту дату можно считать точкой отсчета новой ереси, которая просуществовала двенадцать или тринадцать лет вплоть до предполагаемой смерти реформатора, наступившей на 17-м году его царствования, что соответствует тринадцати годам восстания под руководством Осарсифа-Моисея. Уэйгалл считает, что это не было простым совпадением, и его мнение разделяют многие египтологи более позднего периода. Например, Дональд Редфорд, канадский специалист по Амарнскому периоду, признавая связь между изгнанием гиксосов из Египта и библейским Исходом, воспринимает историю Манефона как странный отголосок религиозных реформ, проведенных Эхнатоном. По его мнению, «захват пустынной территории, хотя и в несколько модифицированной версии, напоминает хиджру в Амарну, и тринадцать лет страданий, выпавших на долю прокаженных и пастухов, совпадает по срокам со строительством новой столицы Эхнатона. Фигура Осарсифа-Моисея явно смоделирована по исторической памяти об Эхнатоне». Надо еще раз повторить заключительную фразу: «Фигура Осарсифа-Моисея явно смоделирована по исторической памяти об Эхнатоне». |
