— Что? — мелькнувшая было в моем сознании надежда тот час испарилась, когда я услышала его дальнейшие слова.

— Я не собираюсь жениться на той, что обманула меня, — Трор смотрел на меня холодно, — Ты будешь простой рабыней. Я никогда не унижу себя до подобного союза! Но и отказываться от тебя окончательно не собираюсь, — и, отвернувшись, он шагнул в сторону двери. У порога остановился и не оборачиваясь сказал, — Собирай свои вещи, мы скоро отплываем и… — последовала пауза, — И без глупостей. Иначе пожалеешь, что родилась на свет, — закончил он и вышел из зала, хлопнув дверью.

ГЛАВА 8

Гуннар в одиночестве сидел за столом на своем огромном деревянном кресле, задумчиво подперев голову рукой и размышляя о том, что произошло со всей его семьей за последние несколько часов, даже не дней, с горечью подумалось ему. Олав неприятно удивил и, что скрывать, разочаровал его в том, что в вопросе судьбы своей сестры принял сторону чужака, прекрасно понимая при этом, что Кири будет ненавидеть их обоих за это. Хотя, возможно, Олав поступил так с целью защитить его самого и свое поместье. Но ведь Кири… Гуннар ломал голову, думая о том, чтобы найти возможность уговорить Трора отказаться от нее, когда услышал чьи-то шаги. Едва он поднял голову, когда увидел сына. Олав стоял рядом и пристально на него смотрел. Затем, не дожидаясь позволения, присел рядом на скамью. Гуннар бросил на сына хмурый взгляд, но Олав в ответ даже бровью не повел.

— Ты подвел меня, — сказал Гуннар.

— Ты о чем, отец? — спросил его сын.

— Мы не должны отдавать Кири Трору, как бы он нам не угрожал, — Гуннар положил локти на стол, вскинул голову, — Если мы сейчас так поступим, это будет означать, что любой сможет нами манипулировать по своему усмотрению. Ты думаешь, я не знаю, почему Трор так поступает?

— Ты не прав отец, — Олав покачал головой и пристально посмотрел в глаза своему родителю, — Я никогда бы не позволил ему забрать сестру, если бы думал, что ей грозит что-то с его стороны. Поверь мне, — Олав вздохнул, — Трор никогда не обидит Кири.

— С чего ты взял?

— Потому что я видел, с каким нетерпением он рвался сюда… Она не просто нравится ему. Он любит ее.

Гуннар посмотрел в глаза сына долгим, пронизывающим взглядом, а затем только махнул обреченно рукой.

— Чушь. Этот выродок, считающий, что ему все дозволено только по той причине, что за ним сила, никогда не сделает счастливой ни одной женщины, а тем более, нашу Кири. Она его ненавидит. Сигурд подошел бы ей больше. Я не изменю своего мнения, сколько бы ты меня не переубеждал.

Олав положил руку на плечо отцу. Тот вздрогнул, но руки не сбросил.

— Дай ему шанс, — попросил молодой воин, — Отпусти Кири с ним. Я уверен, что все возможно…

Гуннар поднялся на ноги. Его лицо пылало от гнева.

— Ты предлагаешь отдать ему мою дочь для утехи? А когда он наиграется, забрать ее обратно, как ненужную вещь за ненадобностью.

— А у нас разве есть выбор, отец? — спросил Олав.

Гуннар покачал головой.

— Нет, в том то и беда. Если бы у меня даже было больше людей, дружина Трора, привычные к набегам люди все равно не оставили бы нам шансов. Я мучаюсь сейчас от того, что должен пожертвовать своей девочкой. Моя Кири…

Олав отвел глаза, медленно поднялся из-за стола, понимая, что разговор с отцом не удался. Тот упорно не хотел слышать сына. А сам Олав почему-то был уверен в том, что Трору удастся завоевать сердце его сестры.