— А теперь расскажите вы мне, что вам нужно в этой комнате, полной книг. Уж наверняка не Ветхий Завет и не деяния апостолов. Дайте я угадаю: вы не ищете какую-то определенную книгу. Библиотека доминиканцев скорее служит тайником для того самого пергамента, о котором вы упоминали.

Афра до смерти испугалась. До сих пор она считала доминиканца всего лишь старым мудрым человеком. Но неужели же брат Доминик был ясновидящим? Афра почувствовала, что попалась. Она доверилась старику и его знаниям, а теперь нужно было бояться, что он ее выдаст. Или же он уже действовал от имени темных сил, преследовавших ее столь долгое время?

Чтобы потянуть время, Афра вымученно улыбнулась, как будто то, что написано в пергаменте, ее не особенно интересовало.

— А если даже и так, брат Доминик? Если я действительно спрятала пергамент здесь, в этой библиотеке? — Она не сводила со старика пристального взгляда.

— Лучшего тайника и не придумать, — ответил брат Доминик, — если только…

— Если только что?

— …вся библиотека не станет добычей огня.

Спокойствие и холодность, с которой он это сказал, взволновали Афру. Он вынимал книги с полки одну за другой, ненадолго углублялся в них и снова ставил на место. Наконец старик остановил свой выбор на одном труде, с облегчением кивнул и обернулся:

— А сейчас я вас покину. Я должен быть в Святой Троице еще до рассвета. А вам, девушка, что вам нужно?

Афра неуверенно посмотрела на брата Доминика, не зная, стоит ли ему открыться. Да, его поведение было непонятным, но когда она смотрела в его открытое лицо, то начинала сомневаться, не обижает ли она монаха своим недоверием. И по-прежнему нерешительно девушка ответила:

— Мне нужно провести здесь ночь. У меня больше нет дома.

Монах вопросительно посмотрел на Афру и промолчал. Он был уверен, что она скажет что-то еще. И, как он и ожидал, девушка продолжила:

— Я Афра, жена архитектора собора. Когда я вчера возвращалась от вас, то увидела, что наш дом сгорел. Я уверена, что его подожгли. Дом сожгли в надежде, что пламя уничтожит пергамент. Оказавшись в трудном положении, я пошла к брату Якобу, который занимает ваше место. Он обязан мне кое-чем. Конечно, я знаю, что монастырь доминиканцев — не самое лучшее место для молодой женщины, но я не видела другого выхода, мне не хотелось провести ночь на ступенях собора вместе с нищими.

Доминик кивнул:

— Не переживайте, госпожа Афра, в эту комнату очень редко забредают монахи. Пока я находился здесь, бытовало мнение, что между книжных полок бродит дьявол. Признаю, я не совсем невиновен в этих слухах. В Страстную пятницу и на Вознесение Господа нашего я всегда подкладывал пару костей из хранилища на лестницу, ведущую к библиотеке. Это повергало моих собратьев в панику, и я надолго мог быть спокоен. Если хотите, прежде чем уйти, я положу еще пару берцовых костей на лестницу, и тогда вам нечего бояться, — он лукаво усмехнулся.

Но Афре было не до шуток.

— Вчера вы мне посоветовали выбросить пергамент в огонь, — осторожно начала она. — В то же время вы говорили, что он стоит целое состояние.

— Да, я говорил. Как вы упоминали, написанное относилось к CONSTITUTUM CONSTANTINI.

— Так оно и есть, брат Доминик.

— Покажите мне пергамент!

Афра украдкой посмотрела туда, где спрятала пергамент. Но в коридоре было не видно ни зги.

— Это ничего не даст, — уверенно сказала она.