Она укрыла мальчика меховой полостью, и в это мгновение в карете появился лорд Колуолл.

— Езжай к приюту, — приказал он, — и не спеши.

— Слушаюсь, милорд.

Наталия так и осталась стоять на коленях на полу кареты. Она придерживала мальчика, чтобы он не упал. Бриллиантовое ожерелье сверкало в свете фонаря, отбрасывавшего яркие блики на волосы девушки.

Они медленно проехали около мили, и за все это время лорд Колуолл, не отрывавший от жены глаз, не проронил ни слова.

— Ребенок все еще без сознания, — сказала Наталия, когда карета остановилась. — Надо предупредить, что он нуждается в тщательном уходе, и попросить, чтобы послали за доктором.

— Сомневаюсь, что он согласится ехать в приют в такой поздний час, — заметил лорд Колуолл.

Наконец усилия лакея, довольно долго стучавшего в дверь, увенчались успехом.

Наталия, не вполне уверенная, что лорду Колуоллу удастся настоять на том, чтобы ребенку оказали срочную помощь, последовала за мужем, который вылез из кареты и поднялся по каменной лесенке небольшого здания из красного кирпича с узкими окнами.

— Должно быть, это Тимоти, милорд, — донесся до Наталии женский голос. — Он часто убегает и отправляется на поиски матери. Он не так давно появился в приюте и еще не привык.

У женщины был изможденный вид. Передник, надетый поверх платья, не блистал чистотой, лоб закрывали выбившиеся из-под чепца волосы.

— Я леди Колуолл, — выступила вперед Наталия, протягивая ей для приветствия руку. — Сожалею, что мы ранили одного из ваших малышей.

— Слишком уж их много, миледи, в том-то все и дело, — грустно проговорила женщина. — В настоящий момент у меня двадцать малышей — и ни одного помощника.

— Ни одного помощника? — удивленно воскликнула Наталия.

— Полагаю, будет лучше, если мы зайдем внутрь, — предложил лорд Колуолл. — На улице холодно.

— Да, конечно, милорд, простите меня, — заторопилась женщина, смущенная своей забывчивостью.

Она распахнула дверь перед Наталией и лордом Колуоллом.

Внутреннее убранство приюта поражало своей строгостью. Комната, в которой они оказались, была хорошо обставлена, однако нуждалась в тщательной уборке.

— Я должна извиниться, милорд, — начала женщина, но ее перебил лорд Колуолл:

— Скажите, как вас зовут.

— Миссис Моппам, милорд.

— И как долго вы здесь работаете?

— Более восьми лет, милорд.

— И почему же у вас не хватает персонала?

Женщина смутилась.

— Мне не следовало бы говорить об этом, милорд, и мне жаль, что вынуждена принимать вас в таком беспорядке. Естественно, если бы я знала, что вы, милорд, и вы, миледи, собираетесь заехать...

— Так почему у вас не хватает персонала? — повторил лорд Колуолл.

— По правде сказать, милорд, у нас не хватает денег. Раньше нам было вполне достаточно того, что завещал дед вашей светлости, даже кое-что оставалось. Но сейчас на фунт уже не купишь столько, сколько в прежние времена.

— Вы хотите сказать, что не можете платить нормальную зарплату?

— Да, милорд. У меня обычно было две помощницы. Я нанимала на эту работу девочек двенадцати-тринадцати лет — от них, правда, больше неприятностей, чем помощи, — но теперь не могу позволить даже этого. Много других мест, где они могу найти хорошую работу.

— Вы говорите, у вас здесь двадцать детей? — уточнила Наталия.

— Да, миледи. Меня все время уговаривают взять еще, но это невозможно. Все на мне, только по утрам приходит миссис Браун, которая помогает готовить.

Наталия взглянула на лорда Колуолла.

— Учитывая состояние мальчика, мы не можем оставить его здесь.