В пятницу днем, пока Дилайла в школе, а Лео у Шарлотты, я заскакиваю в пекарню за кексом и отправляюсь к Кассандре. Стучу — та открывает с Арло на руках.

— Что хотела? — резко спрашивает она.

— Вот, — я показываю кекс. — Хотела посидеть с тобой, поговорить — вечность уже не болтали… Я соскучилась.

В ответ Кассандра фыркает, и я понимаю — она не на шутку на что-то обиделась.

— Заходи, — впускает она меня.

Я вхожу и сбрасываю обувь.

— Кофе будешь? — предлагает Кассандра, и я, согласившись, иду за ней в кухню.

На Кассандре, как всегда, платье. Пускай удобное — хлопковое и длинное, — но все же платье. Ей очень идет. Уже и не помню, когда я сама последний раз надевала платье.

— Молодец, что зашла, — говорит Кассандра.

Я сажусь и наблюдаю, как она ловко управляется одной рукой с кофейником, в то время пока другой держит Арло. Лично я на ее месте уже уронила бы или Арло, или кофейник.

— Давно собиралась, но все некогда было — то одно, то другое…

— Хочу тебе кое-что показать.

— Да? — удивляюсь я.

Наверное, что-нибудь связанное с детьми. С Дилайлой, Пайпер, Лили и их небольшой ссорой. Надеюсь, Дилайла ничего дурного не учудила.

Кассандра приносит фотоальбом. Надо же! Сейчас мало кто держит фотоальбомы как таковые, все теперь цифровое — разве что в качестве хобби делают собственные и красиво их оформляют. Смотрится мило, но у меня времени на подобное точно не хватит.

Альбом явно не новый: прозрачные кармашки местами погнуты, да и сами фотографии заметно старые, сняты на пленку. Пленочные фотоаппараты, как известно, тоже канули в Лету. Кассандра пролистывает до нужной страницы и кладет раскрытый альбом на стол. По обилию красного цвета я уже успеваю догадаться, что там за фото. На футболках и свитерах пестрит название моей альма-матер — во время учебы в университете мы почти не снимали красную форму.

Кассандра тыкает в фотографию: вот я, вот Марти. Лицо у меня тут же вспыхивает, в горле встает ком.

Дрожащим от злости и досады голосом Кассандра спрашивает:

— Раз вы с Марти не рассказали правду, значит, есть что скрывать? Я уже несколько недель назад о вас догадалась! — И продолжает, не дожидаясь ответа: — Думаешь, тебе это так просто сойдет с рук?

О том, что мы были близки, Кассандра не знает, однако фотография говорит сама за себя: мы с Марти стоим рядышком, а его рука непринужденно заброшена мне на плечо. Сразу видно — не первый день знакомы. Согласна, довольно некрасиво, что мы утаили прошлое и от нее, и от Джоша.

— Разве ты поверила бы, что нас с Марти ничего не связывает? — спрашиваю я.

— Могла хотя бы попытаться объяснить. Но вообще нет — не поверила бы.

Я смотрю Кассандре прямо в глаза. Та отводит взгляд и, посадив Арло в детский стульчик, отрезает ему кусочек кекса.

— Между нами ничего не было вот уже восемнадцать лет, — уверяю я.

Кассандра тут же поворачивается:

— Значит, когда-то все-таки было?

— Давным-давно, Кассандра. Ни Марти, ни я тогда еще тебя не знали.

— И все же вы встречались?

— По молодости. Юношеская любовь, только и всего.

От услышанного Кассандра приходит в ужас.

— Так ты… любила его?

Вот кто меня за язык тянул! Надо было как-то иначе сказать, без слова «любовь».