А вот и сам губернатор, Сэм де Ричард. Высокий худощавый субъект в рыжем парике, одет в камзол тонкого шелка, обильно расшитого золотыми позументами. Он слегка прихрамывал, опирался на трость черного дерева. Вслед за губернатором, расталкивая прохожих, двигался дородный мужчина в генеральской форме. На широкой груди позвякивали побрякушки, на голове красовалась треуголка.

Когда с корабля стали выгружать заключенных, мужчина презрительно скривил рот и достал трубку.

Каторжники выглядели плохо: немытые, заросшие, многие их них не были похожи на людей. Впрочем, встречались и неплохие экземпляры — видимо, из числа захваченных пиратов. Руслан заметил нескольких шестируких иногалактов с блестящей шерстью. Начался торг. Губернатор, обладающий пронзительным голосом, произнес:

— Генерал Калиостро, вам предоставляется право выбора по той цене, что вы назначите сами. А всех остальных мы продадим на торгах.

Калиостро кивнул в знак согласия.

— Ваше превосходительство очень добры. Но, клянусь честью, это не партия рабочих, а жалкое стадо калек. Вряд ли от них будет толк на плантациях.

Презрительно щуря маленькие глазки, он вновь посмотрел на толпу закованных в кандалы невольников, и выражение недоброжелательности на его физиономии усилилось.

Капитан прочел весь список рабов — большая часть из них была пиратами, которые чудом избегли виселицы. Были тут и бунтовщики, присланные из метрополии.

— Какой товар. Одни каторжники и воры.

Генерал убрал список. Подошел к молодому мускулистому парню. Пощупал бицепсы на руках, приказал открыть рот, осмотрел зубы. Пробурчал:

— За этого десять золотых монет.

Капитан скорчил кислую мину.

— Десять золотых? Это вдвое меньше реальной цены.

Генерал оскалился.

— Этот раб больше не стоит. Он скоро умрет от тяжелой работы. Лучше я куплю шестирукого, они гораздо выносливее людей.

Капитан начал расхваливать здоровье заключенного, его молодость и выносливость. Словно речь шла не о человеке, а вьючном животном. Юноша покраснел. Видимо, ему был неприятен этот торг.

— Ладно, — буркнул генерал. — Пятнадцать золотых и не франтинга больше.

По тону капитан понял, что это окончательная цена. Вздохнул и согласился.

Следующим, к кому подошел генерал, был мужчина средних лет и крупного телосложения. Это был известный пират Висцин. Одноглазый и страшный, он смотрел исподлобья на покупателя.

Торг возобновился. Великан ушел за тридцать золотых.

Руслан стоял, греясь в ослепительных лучах трех солнц, глубоко вдыхая чужой воздух. Он был наполнен ароматом гвоздик, крепкого черного перца и гигантского душистого кедра. При этом он прислушивался к происходящему, сняв мешок с ноющих плеч.

К осужденным подходили другие покупатели, рассматривали их, приценивались. Генерал продолжал торговаться. Прикупил еще нескольких шестируких дикарей. Было видно, что он готов уйти с торга. И тут его взгляд упал на Руслана.

— Хороший мальчик. И тоже, наверное, чей-то раб.

Руслан вздрогнул. От этого человека веяло могильным холодом.

— Нет, я сам по себе.

— Ага! — Генерал обрадовался. — Сам по себе — значит бродяга. А согласно закону бродяжничество запрещено, и тебе предстоит стать рабом. Эй, стража принесите ошейник. Давно мне хотелось иметь при себе такого мальчика.

Руслан, подхватив мешок, бросился бежать. Однако, стоявший справа массивный четырехрукий надсмотрщик полоснул его плетью по ногам. Петля захлестнулась, мальчик упал. Он дернулся и попытался порвать петлю, но она еще сильнее впилась в лодыжку.