Я вздрогнул и очнулся. Я по-прежнему находился на той же поляне, куда несколько минут назад пришел делать дыхательные упражнения, и меня окружала предрассветная мгла. Что за видение было мне: сон, бред, наваждение?

Внезапно я услышал короткую автоматную очередь. Потом вторую. Потом грохнул взрыв. Через несколько секунд от ворот донеслись звуки яростной перестрелки.

Я укрылся под ближайшим кустом — и вовремя! Как раз в эту секунду весь сад озарился светом множества ламп и прожекторов. Теперь стреляли сразу с нескольких сторон. Грохнуло еще два взрыва. С крыши дворца начали лупить из пулемета, и я не сразу сообразил, что цель пулеметчика — вертолет. С вертолета выпустили две ракеты, и пулемет замолк. «Черная акула» — я узнал ее сразу — зависла над дворцом, и из нее на крышу посыпались вооруженные люди. Подоспевшие защитники открыли по ним огонь, и на крыше завязался бой. С порожнего уже, поднявшегося в небо вертолета полился пулеметный огонь.

Я услышал шаги: несколько человек бежали по дорожке. Двое автоматчиков в форме охранников поместья, с масками на лицах, остановились рядом со мной и застыли, держа оружие наизготовку. Я затаил дыхание.

— Куда он пошел? — спросил один из них по-китайски.

— Мичико сказала, заниматься тайчи, — ответил другой. — Наверное, к павильону «Небесного покоя».

— А если его предупредили?

— У выхода перехватит Лай. Надо прочесать территорию от павильона «Небесного покоя» до пруда. Если увидишь, сразу стреляй.

— А если взять его и вывести через подземный ход? Хозяин тогда озолотит. Он князя ценит.

— Хозяин сказал, если будет угроза, убить немедленно. И не вздумай с князем врукопашную — он тебя вмиг...

Окончания разговора я слушать не стал. Выскочив из засады, я выхватил у одного из них автомат и свалил его ударом локтя в висок. Короткая очередь оборвала жизнь другого. Прихватив его сумку с запасными магазинами, я скрылся в кустах напротив. Теперь у меня было оружие. Я знал, что меня ищут и хотят убить. Судя по всему, моя отлучка из дома спасла мне жизнь. Возвращаться сейчас во дворец было равносильно самоубийству, ждать на месте тоже казалось не лучшим выходом. Наверняка меня искало несколько групп, и, зная Гоюна, я не был уверен в исходе сражения. К тому же я не до конца понимал, кто эти штурмовики. Понимал я только, что другого способа выжить, кроме как пойти навстречу десанту, у меня нет.

Скрываясь за кустами, я начал продвигаться к воротам, где разгорался уже нешуточный бой. Памятуя о неведомом Лае, который должен был меня перехватить по дороге к выезду, я заложил солидный крюк вокруг пруда и чуть не наткнулся на засаду из трех стрелков. Меня спасло то, что стрелки ожидали нападения с другой стороны и не заметили, как я ушел в тень одного из деревьев. Лишь когда я откатился в укрытие, один из троицы вскинул оружие и обернулся. Прикинув, что отойти незамеченным мне не дадут, я приготовился к стрельбе.

Прошло несколько минут, показавшихся мне часами, как вдруг «мои» стрелки открыли огонь в противоположном направлении. Оттуда тоже ответили автоматными очередями. Теперь двое стрелков были для меня как на ладони, а третьего скрывал павильон, и я видел лишь кончик его ствола, изрыгавший пламя.

Я нажал на спусковой крючок. Две очереди — и двое охранников уткнулись лицами в землю. Одновременно замолчал автомат третьего. Очевидно, его достали пули нападавших.

На несколько мгновений мне показалось, что мир замер. Где-то в отдалении все еще раздавались выстрелы и ухали взрывы, но весь мир собрался для меня сейчас на небольшом пятачке, где был я и засевшие в нескольких десятках метров десантники.

— С вами говорит штабс-капитан Анисимов, императорская морская пехота, — услышал я хорошо поставленный мужской голос, говоривший по-русски.