Он принялся было повторять фразу по-английски, но я прервал его:

— Штабс-капитан, скажите своим людям, чтобы не стреляли. Я князь Александр Юсупов.

Возникла секундная пауза, после чего я услышал заметно повеселевший голос собеседника:

— Князь, мы прибыли, чтобы освободить вас. Выходите из укрытия и ничего не бойтесь. Мои ребята уже оцепили площадку.

Немного помедлив, я поднялся во весь рост и сделал несколько шагов вперед. Автомат я держал в левой руке, к земле стволом. Мне навстречу кинулись несколько человек в камуфлированной форме, касках и бронежилетах. Быстро взяв меня в кольцо, они выставили наружу автоматы Калашникова. Впрочем, двое все же держали меня на прицеле. Через мгновение передо мной предстал десантник с еле заметными офицерскими нашивками на рукаве. Он пристально посмотрел мне в лицо и, похоже, узнал.

— Вы не ранены?

Я покачал головой.

— Объект обнаружен, цел, — доложил штабс-капитан в висящее на шее переговорное устройство и, выслушав неведомый мне приказ, коротко добавил: — Слушаюсь.

Он сделал знак своим людям:

— Отходим. Следуйте за мной, князь.

Мы вместе рванули к выезду. Я заметил, что бойцы сгрудились, прикрывая меня от пуль возможных стрелков. Некоторые несли своих товарищей. Мне показалось, что один из них был убит. Мы быстро пересекли поместье и выскочили через закрытые для меня прежде ворота. Сейчас они были сорваны взрывом, а на дороге и у обочины лежало несколько трупов. Наших я среди них не увидел, но по количеству стреляных гильз понял, что взятие этого рубежа далось ребятам дорого и, возможно, кровью.

Мы бежали еще несколько минут, и наконец за очередным поворотом я увидел вертолет, зависший прямо над дорогой. Мне навстречу, пригибаясь от ветра, поднятого вертолетными лопастями, шагнул рослый широкоплечий офицер морской пехоты — без бронежилета и в лихо заломленном черном берете. Он внимательно присмотрелся ко мне, потом отдал честь и отрапортовал:

— Полковник императорской морской пехоты Штерн. Прошу в вертолет.

Я быстро забрался в вертолет. Полковник сел рядом со мной.

— Благодарю вас, полковник...

— Внимание всем отрядам, — не слушая меня, скомандовал Штерн в переговорное устройство, — объект взят. Отходим.

Вертолет затарахтел еще громче и начал подниматься.

— Вы прекращаете операцию? — спросил я.

— Да, сопротивление чудовищное, — ответил он. — Все поместье нашпиговано ловушками и секретами. У нас и так потери больше пяти процентов личного состава. Это не считая двух вертолетов. Там даже собственная система ПВО.

— Ничего себе!

— Во-во. И со спутника ничего не разглядели. На кой черт тогда вообще все эти спутники!

Я увидел внизу освещенное прожекторами поместье. С противоположной от нас стороны валили клубы дыма, и, приглядевшись, я увидел там горящие обломки «Черной акулы».

Наш вертолет по большой дуге начал облетать поместье. Я увидел, как еще одна «Акула» отлетает от дворца Гоюна: видимо, только что забрала десант. Судя по огонькам, из сада вертолет обстреливали защитники.

— Сволочи, — выругался Штерн. — Князь, есть в поместье еще пленные — наши или евразийские?

— Нет, но...

Не успел я договорить, как из подвала дворца полыхнуло, грохнул взрыв — и вертолет, только что подобравший десантников, осыпался черными осколками в парк.

Полковник зло выматерился. Я отвернулся, чтобы не видеть его лица.

— Перун, я Ястреб, — услышал я хриплый голос Штерна. — Поляна свободна.