* * *

Мы сидели на палубе под палящим солнцем и пили кофе, приготовленный сестрой Клер. Тэрк вовсе не выглядел подавленным.

- Не будем унывать, - сказал он. - У нас есть две возможности: устроить взрыв и пробить проход в корпус - или изжариться здесь на солнце.

- Взорвать - это быстрее, - заметил я. - Но много шума. Кроме того, подводный взрыв - тонкая штука. Никогда не знаешь, к чему он приведет.

- Другими словами, мы можем сделать хуже, чем сейчас?

- Вот именно.

- Отлично, тогда мы прорежем себе ход внутрь. Хотите, я попытаюсь?

- Это хорошая идея. Я тогда буду свободен и могу появиться там, где нужно, в случае неожиданных событий. Только, мне кажется, вам надо надеть водолазный костюм.

Тэрк обратился к сестре Клер:

- Вам придется поработать водолазным старшиной. Самое важное дело на борту.

- И что мне делать?

- Держать его линь и воздушный шланг. Следить за тем, чтобы компрессор нормально действовал.

- Я сделаю все, что смогу, - заверила она.

Он мрачно рассмеялся.

- Вы уж постарайтесь, сестра, иначе у вас на руках окажется мертвец. А теперь за дело.

* * *

У ныряльщиков и пилотов есть одна общая черта. Их профессии совершенно уникальны, и, может быть, этим объясняется излишний интерес, который люди проявляют к ним. Разница между мной и Тэрком заключалась в том, что он любил свою работу. А я мог заниматься ею время от времени. Я помогал ему, когда это требовалось, но чаще всего - с аквалангом и на небольшой глубине. А в старинном водолазном скафандре из брезента и резины я спускался под воду только второй раз. До сих пор у меня об этом сохранились неприятные воспоминания. Я как сейчас чувствовал запах затхлого воздуха, смешанный с вонью от свежей мочи, потому что водолазы часто не в силах справиться со своим мочевым пузырем на глубине.

Тэрк, как я говорил, любил все, что относилось к его делу, и сейчас тоже аккуратно разложил на палубе необходимые принадлежности, а сестра Клер в это время помогала мне надеть скафандр. Он запустил компрессор, проверил лини, а потом нахлобучил мне на голову большой медный шлем и крепко привинтил его.

- У вас все в порядке, генерал? - спросил он.

- Что вы имеете в виду? - хмуро ответил я.

Тэрк ухмыльнулся.

- Смелее! Я присоединюсь к вам, как только наша героиня освоит все эти приспособления.

Он навинтил передний иллюминатор шлема, отрезав тем самым все возможности продолжения нашего разговора. Тяжело ступая, я подошел к прогалу в бортовом ограждении и остановился у ведущей в воду лестницы. Он похлопал меня по спине, я медленно вошел в воду и опустился на дно в облаке песка. Потом остановился, чтобы осмотреться и проверить клапаны, и тут же рядом со мной на дно упал газовый резак на шланге.

Кислородно-водородный резак зажигается с поверхности, а газы, которые подаются по шлангу, образуют вокруг пламени пузырь, нечто вроде искусственной атмосферы, внутри которого оно и горит. Я медленно обошел самолет, приблизился к его правому борту и немного обождал. Вскоре рядом со мной появился Тэрк, улыбнулся мне через маску и снова пошел вверх. Немного погодя горелка зажглась и я приступил к работе. Все шло как по маслу. Пламя резало фюзеляж довольно легко. Тэрк снова завис рядом со мной, наблюдая за работой. Он на некоторое время остановил меня, пробрался вдоль корпуса самолета и немного задержался прямо над моей головой, рассматривая задранное вверх правое крыло, держась за его конец.