– Это что еще такое? – поразился Тодор.

– Вода из Смрад-реки, – проскрежетав зубами, выдавил из себя капитан. – Он прав, они могут нас просто сжечь…

– Надо все хорошенько обдумать, – предложил Себастьян.

– Хорошо, – обернулся капитан к переговорщику. – Эй, ты, разбойник! Нам нужно время, чтобы найти твою пропажу! Она может прятаться, перекрасить волосы, переодеться в мужика и затесаться в банду ваших головорезов!

– У нас ее нет! Даю вам время до рассвета! – Бандит развернулся и пошел прочь.

– Капитан, всадить ему пулю в спину? – спросил стоявший на стене солдат, наводя винтовку на разбойника.

– Отставить! – рявкнул капитан. – Не он их главарь, а ввязываться в бой не выспавшись – плохая примета. Подождем до утра…

И загнул несколько таких оборотов, давая волю чувствам, что любой морской боцман покраснел бы от стыда.

– Капитан, Ленгуаларга ваша настоящая фамилия? – уважительно произнес Себастьян.

– Теперь да, – подтвердил офицер. – Прошу за мной, господа инженеры, нам с вами надо понять, что происходит.

– Можно нам осмотреть форт? – спросил разрешения Тодор.

– Я вам все покажу, пара советов от архитекторов будет нелишней для укрепления обороны, – согласился капитан, спускаясь со стены вслед за инженерами, и продолжил: – Когда-то давно я служил в Столице, вращался в обществе, питал надежды, стремился сделать карьеру. Но за свой длинный язык был сослан сюда. Тут не такие плохие нравы и хорошие люди, не верьте всему, что о нас рассказывают. Мы охраняем дорогу, отстреливаем бандитов. Мне здесь даже нравится. Я уже давно понял, что лучше синица в небе, чем утка под кроватью… И возвращаться к этим жабам и гадюкам в Столицу… Впрочем, вам это не интересно! Но когда на мой порог приходит война, я становлюсь патриотом! И все мои солдаты готовы сражаться! Еще ни один разбойник не посмел поставить мне какие-то условия! Да я их в порошок сотру. Сверну в бараний рог! Сожгу в Смрад-реке!..

– Капитан, она действительно горит? – спросил Тодор.

– Конечно! Пойдемте, я вам все покажу…

Они прошли мимо толпы обступивших паромобили крестьянских детишек. Стена форта с воротами посредине полукругом огораживала большую территорию, упираясь в два отдельных блокгауза, стоявших на самом краю жуткой и глубокой трещины в земле. Край пропасти был отгорожен частоколом. Кто и зачем его поставил, было не совсем понятно, так как забраться снизу по отвесным стенам было совершенно невозможно. Вторые ворота были сделаны прямо между высоченными опорами, стоявшими чуть поодаль от края. Толстенные железные канаты тянулись с опор к упрятанному в землю фундаменту, заякорив висящий на вантах мост с другой стороны опор.

– Калинов мост, – с восхищением произнес Себастьян.

– Я видел в Столице решетчатую башню Калинова, – припомнил Тодор.

– Это он и есть. Жорж Калинов, знатный был строитель.

– Я когда-то интересовался историей постройки этого моста, – сообщил капитан. – Сначала, когда сюда дошла дорога, хотели подорвать ущелье и построить дамбу на ту сторону. Но тогда река затопила бы большую площадь, а от нее и так воняет, и она еще горит. От этого пришлось отказаться. Решение инженера Калинова было смелым, неожиданным и новаторским. Так писали в газетах тех времен.

– А кто следит за состоянием моста и вантами? – спросил Тодор.