— Ничего страшного. Мне все равно не хочется сейчас читать. Лучше посмотрю телевизор.

Когда он ушел, она устроилась поудобнее на краю огромного кожаного дивана. Сэм уже отвыкла смотреть телевизор, но ничего другого сейчас не хотелось. Зевая, она рассеянно переключала каналы, пока не обнаружила передачу о животных и принялась с интересом следить за ночными приключениями семейки лис. День прошел почти незаметно, а в половине шестого вернулся Эйдан.

— Интересно? — спросил он, с улыбкой взглянув на экран.

Сэм улыбнулась в ответ. Ей было слишком хорошо, чтобы все время оставаться начеку.

— А как голова?

— Нормально, — она осторожно коснулась ушиба, но боль уже почти прошла. — Больше не болит. И не кружится.

— Вот и отлично. Я подумал, что поужинать будет лучше здесь.

Мигом насторожившись, Сэм недоверчиво взглянула на него.

— Почему здесь?

Неужели он решил устроить ужин при свечах, чтобы потом попытаться соблазнить ее? Впрочем, скорее всего, ядовито заметила она про себя, ему просто не хочется появляться за ужином с замарашкой, одетой в старое тряпье.

Опасная улыбка на губах Эйдана заставила ее усомниться в правильности своего предположения.

— Я предпочел бы уединение, — с едва уловимой насмешкой в голосе проговорил он. — К тому же вас не будут смущать все эти нескромные взгляды за ужином.

Значит, все-таки заметил. Еще бы. Казалось, ничто не может ускользнуть от этих уверенных темных глаз.

— Вряд ли это поможет, — едко отозвалась она. — Все равно будут судачить.

— И пускай. Через неделю никто об этом и не вспомнит.

На этот счет у Сэм были сильные сомнения. К тому же она знала о кухонной болтовне не понаслышке. Именно из таких пикантных сплетен и рождаются потом всякие небылицы — разумеется, уже в приукрашенном виде. Впрочем, ему-то что за дело. Мужскую честь такими вещами не запятнать. Шишки всегда достаются женщинам.

— Так что же вы будете на ужин? — спросил он, лениво зевая и потягиваясь с грацией дикой кошки.

Сэм вдруг совершенно растерялась. Господи, да что на нее нашло? Неужели она уже не способна решить, что будет есть за ужином?

— Э-э-э… мне что-нибудь попроще. Можно, например, омлет.

— За обедом вы не очень-то налегали на еду, — с улыбкой заметил он.

— Точно, — она покачала головой, тщетно стараясь справиться с собой. От него исходил какой-то неуловимый, но необычайно сильный, почти животный магнетизм. — Нет, серьезно, омлета мне хватит.

— Как пожелаете, — в глазах Эйдана блестели дьявольские искорки. Он прекрасно видел ее волнение и понимал его причину. — А с какой начинкой? С ветчиной? С грибами?

— А-а-а… Думаю, с грибами. — В любом случае она вряд ли сумеет много съесть: Сэм так разнервничалась, что у нее напрочь пропал аппетит. — Спасибо.

Передав по телефону заказ, он поднялся со своего места.

— Пожалуй, пойду приму душ. — Он снова зевнул. — Удивительно, как утомляет вся эта бумажная работа.

Сэм нервно рассмеялась.

— Не более утомительна, чем перемыть сто пятьдесят тарелок.

— Пожалуй, тут вы правы, — с улыбкой согласился Эйдан. — И все же я не отношу себя к скучающим от безделья богачам. Как-никак кое-что я все-таки делаю.

— Я и не говорю, что вы не делаете, — отозвалась Сэм. Было ясно, что он затеял флирт, только вот ей никак не удавалось парировать с той же легкостью.