Ирина медленно положила трубку. Ей казалось, что даже в тиканье часов слышались эти ужасные слова: ни-ко-му-не-нуж-на…

Она отбросила книгу в сторону, упала лицом в подушку и разрыдалась. Плакала долго, так, что даже слезы постепенно иссякли, и она только всхлипывала тихо и жалобно, как обиженный ребенок.

— Мам, привет, ты дома? — раздался голос сына из прихожей.

— Да, да… — Ирина подняла голову и попыталась вытереть мокрые щеки. Нехорошо, если мальчик увидит ее такой — зареванной, с опухшим лицом… И глаза наверняка красные, только людей пугать.

— А чего в темноте сидишь? — Толик заглянул в комнату.

— Да так… Ничего. Просто голова болит что-то.

Она старалась говорить спокойно. Пусть он ничего не заметит, ну пожалуйста!

— A-а, ну ладно. Лежи, отдыхай… Может, принести чего-нибудь?

— Нет, не надо, я, пожалуй, спать пораньше лягу. Или ты голодный? Подожди, я сейчас встану!

— Да ладно, мам, не суетись! Уж как-нибудь сам справлюсь.

Через минуту из его комнаты уже доносились звуки компьютерной стрелялки. Мальчик снова отправился в свои виртуальные миры и, похоже, не скоро вернется оттуда…

Ночью Ирина долго не могла уснуть. Она ворочалась с боку на бок, считала слонов, зачем-то повторяла таблицу умножения, но ничего не помогало. Наконец ей удалось задремать ненадолго, но легче от этого не стало.

Ей снился огромный серебристый осьминог. Его тело, украшенное разноцветными камнями, сверкало и переливалось, а гибкие щупальца тянулись к ее шее… Это было так страшно, что хотелось закричать и проснуться, но не было сил, чтобы шевельнуть хотя бы пальцем. И вот уже грудь словно сжимают стальные обручи, еще немного — и ребра затрещат, воздуха не хватает, и последний стон застывает на губах…

Разбудил Ирину какой-то шорох. Она открыла глаза и услышала, как в замке поворачивается ключ, потом кто-то осторожно вошел в квартиру. На часах — половина третьего, и Вити почему-то нет рядом… Она потрогала несмятую подушку и не сразу вспомнила, что сегодня муж предупреждал, что задержится на работе.

Ирина уже хотела было встать и пойти посмотреть, кто там, но вместо этого так и осталась лежать, зачем-то натянув на себя одеяло до самого подбородка. Было очень жарко, но она лежала, боясь шелохнуться. А вдруг там грабители?

Вот показалась полоска света, дверь в спальню приоткрылась… Ирина чуть не закричала от ужаса, но тут в темном силуэте узнала мужа. В первый момент ей даже смешно стало — надо же было напридумывать себе бог весть чего! Ситуация как в анекдоте — загулявший супруг возвращается домой среди ночи. Остается только встретить его со скалкой в руках и грозно спросить: «Где ты был?» Как там дальше-то? «Ну ты же у меня умница, дорогая, придумай что-нибудь сама…»

Смешной анекдот, если речь идет о других.

Виктор не совсем твердо держался на ногах, чуть покачивался, от него сильно пахло коньяком, и еще какой-то чужой, посторонний запах примешивался — терпкий и сладкий, от которого хотелось чихать. Духи, чужие духи! Боже мой, как унизительно!

Впервые за долгие годы человек, рядом с которым она прожила всю жизнь, показался неприятным и чужим. Подумать только, оказывается, она совсем не знала его! Или не хотела знать, предпочитая оставаться в своем мире только потому, что там было уютно и спокойно. При одной мысли, что сейчас Виктор ляжет в постель рядом с ней, стало противно. Ирина изо всех сил зажмурила глаза, притворяясь спящей. По крайней мере не надо будет с ним разговаривать…

Муж на цыпочках вышел из комнаты.