Я ввалилась домой с самыми серьезными намереньями. Спит? Ну, пусть спит! Недолго ему осталось. Залезла в душ, надушилась любимыми.Сергеевыми духами, надела практически прозрачную пижамку и целеустремилась под бочок. По дороге, правда, решила, что пижамка – это лишнее. Закрыла дверь в Машину комнату, чтобы, не дай бог, не разбудить, и нырнула под одеяло. Прижалась к такому теплому, такому родному…

Двухмесячное воздержание с жуткой силой ударило мне в голову. Через минуту я уже слабо соображала кто кого соблазняет, тем более, что Сергей и не думал сопротивляться. Мгновенно наша с Олькой первая версия была отметена с негодованием, а потом я забыла, что что-то проверяю.

Это было нечто! Это было, я вам скажу… Нет, пожалуй, не скажу. Слов не хватит. Да и помню мало.

Но это было самое прекрасное пробуждение среди ночи. Полфлакона расслабляющей микстуры не позволили мне очнуться одномоментно, зато сделали раскованным и уверенным в себе. Наверное, по первоначалу я решил, что обнаженная Катя рядом – удачный эротический сон, поэтому с удовольствием ему отдался. Потом-то я уже начал соображать, что сон, а что – наоборот, но соображалка моя работала со скрипом и натугой.

Только когда Кошка вцепилась в меня когтями и зубами, от боли я слегка очнулся. Однако момент для выяснения обстоятельств был не совсем подходящий, поэтому я послал все к сиреневой звезде и довел свое пробуждение до победного финала. И был поддержан. Вся спина у меня была располосована, подбородок ныл от укуса – но и Кате, кажется, досталось не меньше.

«Надеюсь, ребра не сломаны» – лениво думал я, гладя золотистую даже в ночи шевелюру любимой женщины. Она неслышно сопела в той самой позе, где ее настиг экстаз. Что-то тревожное зашевелилось в районе совести.

– Эй! – потеребил я Катю. – Ты в порядке?

Ответом было утробное «мрряу» и на четверть приоткрытый глаз. Требовать большего было сейчас жестоко, но могучий отцовский инстинкт был неумолим.

– А тебе можно было? В смысле, ребенку это не повредит?

Для женщины, носящей под сердцем дитя, Катя вела себя чрезмерно легкомысленно.

– Аи, – сказала она, снова зажмурившись, – спит ребенок. Ты его на горках так укатал. И меня тоже.

– Коша…

– Дай полежать.

Вообще-то я мог собой гордиться – обычно о передышке просил я. Но сведения, почерпнутые из специальной литературы, ясно говорили об опасности половой жизни в первые месяцы беременности.

– Точно все нормально? Может, сходишь завтра к врачу?

Упоминание о враче подействовало. Катя вдруг шарахнулась от меня и напряженно сказала:

– Сергей, я все понимаю. Ты взрослый человек, у тебя могли быть женщины. Но… ты соблюдал меры предосторожности?

Я запаниковал. Приключение с выпускницей МИСИ сразу всплыло в памяти. Но предосторожности… Зачем еще какие-то предосторожности при подобном способе интимных отношений? Не помню, чтобы хоть одна женщина залетела таким сложным способом. Даже Дева Мария, кажется, забеременела как-то иначе. Поэтому я честно ответил:

– Не было у меня никого! Только ты. И с тобой тогда, на вокзале, я действительно забыл… ну, не успел.

– Ты хочешь сказать, – прошипела Кошка, – что ты от меня это подхватил!

Паника сменилась удивлением.

– Скорее уж ты от меня. Ведь это от меня, правда? Страшное подозрение открыло мне глаза и уши на

происходящее. Конечно, это не мой ребенок! Вот почему Катя скрывает свою беременность! И сама ко мне подкатилась, чтобы потом объявить: «Милый, ты был великолепен, у нас будет ребенок». А потом заявит, что младенец родился здоровым, но слегка недоношенным.

– Уйди, – уже не шипела, а рычала Катя.