— Тебе просто не понять женских радостей, грубый и неотёсанный мужлан! — вмешалась Енер, чем заработала благодарную улыбку от Инад.

Здоровяк презрительно фыркнул и отвернулся в сторону.

— Инад вообще-то права, — я усмехнулся. — Помыться нам всем не помешало бы. Но… — я беспомощно развёл руками. — Всем спать.

Возле меня привычно возникли Садара и Фахиса. Призывать Найрин пока не рискну, пусть набирается сил.

«Господин, я готова!»

— возразила тёмная ханира.

Всё равно отдыхай. Побудешь в резерве на всякий случай.

«Как прикажешь…»

Любой выбор имеет далеко идущие последствия — приятные и не очень — это уже как повезёт. В родном мире Руру часто слышала от проповедников: «Всё, что мы делаем, возвращается к нам обратно». В Дархасане она вновь убедилась в правдивости этих слов.

На турнире рыжая сошлась в поединке с Енер — с белокурой волшебницей, владеющей магией света. Руру победила. В тот миг, когда алчущие крови зрители на трибунах выкрикивали «Убей! Убей! Убей!», она отказалась добивать бессознательную соперницу, даже несмотря на то, что убийство врага вознаграждалось гимралом. С помощью этих жетонов можно было усилить гладиаторские способности и вместе с этим повысить шансы на победу как в следующем поединке, так и на турнире в целом.

И вот теперь, лёжа в объятиях Енер, Руру понимала, что сделала правильный выбор — светлая волшебница спасла её от смерти после падения с высоты. После того памятного события они и вовсе сблизились. Енер стала для рыжей как старшая сестра, которой в родном мире ей так не хватало. Всегда приходилось главенствовать над остальными бездомными ребятишками, не на кого было перебросить груз ответственности. А как иначе, когда на тебя смотрит семь пар голодных глаз? В отличие от многих, Руру смогла выжить в трущобах Герсума — столицы королевства Узанруд. Рыжая могла не брать под свою крыло малышню, могла вообще бросить в любое время — стоило лишь пожелать. Но как это сделать, когда она сама в своё время пережила то же, что и они? Выживанию в трущобах её научил Динк — паренёк лет пятнадцати — в день их знакомства он был вдвое старше Руру. По мере того, как она набиралась опыта, Динк, ставший для неё не только наставником, но и старшим братом, разрешал ей всё чаще отправляться самой на дело, которое и состояло в том, чтобы украсть кошелёк у зазевавшегося прохожего. Или в крайнем случае стащить еду с прилавка невнимательного торговца.

Руру росла, и Динк через некоторое время стал посматривать на неё как-то иначе. Рыжей было непривычно и неприятно от этих взглядов. Причину перемен в наставнике она не понимала, да так и не поняла — Динку не повезло: стража в ту ночь оказалась чуть более расторопной и смогла обезвредить вора, проникшего в дом зажиточного торговца. Гораздо позже Руру стало ясно, почему в глазах «братика» пробуждался какой-то странный голод.

Но теперь всё это было не важно. Она наконец-то обрела сестру, о которой так мечтала. Ну а Енер просто наслаждалась ощущениями от нежной близости с рыжей пигалицей — в родном мире, когда белокурая красавица была рабыней, такого внимания ей никто не уделял. С учётом же того, где находится сейчас отряд — хоть что-то приятное в этом проклятом месте.

Ухеш спал вполглаза. Иногда просыпался, осматривался и, прежде чем уснуть, с усмешкой глядел на Инад, лежащую рядом с Гехиром. Пока что просто лежащую и держащую его за руку. Ухеш чувствовал, что так продолжится недолго, и его напарница неизбежно сблизится с бывшим соперником. Девка всё-таки оказалась права. В бою против Гехира на турнире Инад всего лишь покалечила противника, но добивать не стала. Ухеш тогда осудил подобное легкомыслие напарницы: всё-таки гимрал — ценная награда… Н-да.