чтобы   доказать   свою   точку   зрения.   Эгоистичной   гордости   нет   места   в   мире,   куда   ты

входишь. Держи голову...вот так.

Он опускает мой подбородок так, что я почти касаюсь им груди.

– Благодарю, – произношу я деревянным голосом, и добавляю. – Смотритель.

–  Ты   решительна.   Поверь   мне.   Расслабься.   Сегодня   вечером   ты   получишь   больше

наслаждения, если расслабишься. И доверяй тем, кто будет рядом.

У меня совсем нет чувства осторожности, я сижу здесь с завязанными глазами, а рядом

мужчина с протяжным Техасским акцентом, который, кажется, наслаждается этой частью

введения игры. Он наклоняется.

– Разве я говорю слишком быстро, сладенькая?

–  Нет, Смотритель. Я… – Что, черт возьми, я должна ответить ему? – Я постараюсь и

расслаблюсь. Спасибо.

– Если конечно, тебе нравится быть послушной. Да?

– Нет, не нравится, Смотритель, – заверяю его, инстинктивно вздергивая подбородок. Мой

желудок скручивает. Он играет со мной или проверяет меня?

– Ну, это мы еще посмотрим. – Он мрачно смеется, крепко сжимая мой подбородок, резко

опуская мое лицо вниз. – А пока, я предлагаю тебе помнить мои указания, Мисс Иксес.

Он   отпускает   мое   лицо   и,   кажется,   двигается   на   сиденьи.   Я   выдыхаю,   мое   лицо

покалывает в том месте, где он прикасался. Я слышу, будто звенит колокольчик. Затем стук

и жужжание. Его сотовый?

– Точно по расписанию. Ты шутишь? – Он вздыхает... громко. – Ну, это не соответствует

правилам. Инструкциям. Хорошо, из всех, ты обязан это знать. Сделаю.

Мой   Смотритель   чем–то   недоволен   и   выдохнув,   он,   наконец,   расслабляется.   Кожаное

сиденье проминается и он что–то начинает наливать. Останавливается и снова начинает

наливать.

– Дорогая, выпей это.

Я не хочу ничего пить – или хочу? Я протягиваю руки и он помогает мне обхватить стакан.

Подняв   его,   я   останавливаюсь   и   замираю.   Чувствую   губами   прохладу   хрустального

стакана и втягиваю аромат дорого выдержанного виски. Я думаю о Беннетте и о том, что

вообще происходит. Я пробую и выпиваю залпом, тут же чувствуя, будто в меня залили

галлон чистого бензина. Из–за маски у меня щиплет глаза. Я закрываю глаза, останавливая

слезы, которые готовы побежать. Ведь Смотритель не будет  рассказывать, что я плакала

во время поездки.

Спиртное согревает мой желудок и вскоре я чувствую тепло, которое распространяется

внутри меня по мышцам. Погрузившись в мысли, я частично слушаю, как мой Смотритель

отвечает один за другим на телефонные звонки. Иногда он отвечает резко; в другой раз, он

смеется и его протяжное произношение становится более выраженным.

–  Мы   только  что  прибыли   к   боковому  входу,  –   он   резко  отвечает   кому–то   по   другую

сторону телефона, и я сажусь. Я еще не совсем осознала, что автомобиль остановился. –

Встретимся внутри, – говорит он.