Я прищурилась и посмотрела на него:

— Значит, твой отец защищал моего.

Джаред кивнул.

— А кто твой отец?

— Гейб Райел.

— Гейб — твой отец? Но… я не помню тебя. Ведь я бывала в доме Гейба. А тебя там не было.

— Да, нас с Клер не было. Нам пришлось рано начать обучение, чтобы подготовиться ко времени. Бексу одиннадцать, и он уже окончил школу. Последние восемнадцать месяцев он на тренинге. Так это работает.

— Что так работает? — раздраженно спросила я, и Джаред поморщился от моего тона.

Каждая новая порция информации давалась ему с трудом. Он говорил так, будто ожидал, что от каждого нового факта я могу вскочить и убежать.

— Я еще дойду до этого. — Он нервно поерзал.

Я убрала свою руку и положила на колено:

— Ничего этого я не помню.

Джаред с болью в глазах следил за моим отчуждением.

— Так и было задумано. Твой отец делал все возможное, чтобы оградить тебя от знакомства с темными сторонами его жизни. Он любил тебя, Нина.

Я покачала головой, стараясь сдержать слезы. Об ответе нельзя было и думать. Джаред какое-то время смотрел на меня, а потом снова заговорил:

— Ты уверена, что хочешь слушать дальше?

Я сморгнула слезы и собралась с духом:

— Да. Я уверена.

Знать правду, даже если она причиняет боль, лучше, чем жить во лжи.

Джаред втянул в себя воздух:

— Итак, я уже был готов к самостоятельной работе, ты к этому времени стала более независимой. Но прошло полтора года, прежде чем мои навыки были востребованы. А до тех пор я чувствовал себя нянькой.

Я скривилась. Ну и словечки он подобрал!

— За пять дней до твоего шестнадцатилетия Джек замутил эту сделку с копами. Ну, ты видела фотографии, сделанные с камеры наблюдения. Отец говорил Джеку, что это плохая идея, но за всем этим стояли большие деньги, и те люди… — Джаред говорил с отвращением. — Обойти систему с их помощью было легче всего. Когда Джек понял, что грязные копы — это другая порода преступников, то есть люди, которые еще меньше, чем отъявленные бандиты, уважают закон, было поздно. Джек привык быть мишенью для врагов, но он не был готов к тому, что его недруги возьмутся за тебя. До сих пор еще никто не проявлял такой глупости и не заходил так далеко.

— За меня? Мы говорим о деле трехлетней давности, и я не имела об этом ни малейшего понятия? Как же так?

— Это потому, что я хорошо выполнял свою работу, Нина. Должен был выполнять. — Джаред напрягся и продолжил: — Я надеялся, что отец тебе все объяснит, хотя тогда сам не понимал, зачем ему это делать. Однако Джек пуще прежнего старался оградить тебя от правды. Он не хотел, чтобы ты жила в страхе, и я не мог возражать против его логики.

— А почему теперь ты думаешь иначе?

Джаред сцепил руки на столе:

— В первый раз, когда в тебя стреляли, я подставил плечо и получил пулю. Я сделал это машинально, благодаря тренировке, но в тот момент у меня открылись глаза. Когда я увидел палец Типтона, нажимающий на курок, то понял: я защищаю тебя не из чувства долга. В первый раз я отчетливо осознал, что могу потерять тебя.

— Но тебя чуть не убили? — ужаснулась я, представив, как он истекает кровью от пулевого ранения, а я продолжаю жить как ни в чем не бывало. Сердце затрепетало.

Джаред скрестил руки, положил локти на стол и улыбнулся:

— Ну, не так чтобы чуть.

— Значит, я тебе нравилась уже тогда… когда даже не знала о твоем существовании.