«Времени как всегда слишком мало», — подумал мужчина.

Он оглядел салон вертолета. В проходе под капельницей на носилках лежала Сандра. Сидящий рядом Старик задремал под мерный гул полета, видимо, утомившись за день. Еще пара секретарей о чем-то тихо разговаривали, просматривая видеоматериалы.

Углубившись в воспоминания, Игнат проанализировал бой и задумался над дальнейшим развитием. С одной стороны, он как и всегда нуждался в росте силы. С другой — теперь на горизонте появилось беспокойство из-за искажения личности первостихией. Этот процесс уже шел, но по крайней мере, пока он осознавал наличие проблемы, ситуация еще не была упущена.

«Сложные навыки показывают все большую эффективность, — подумал он. — Если раньше решала голая сила, то теперь её становится недостаточно».

В боях против серьезных противников голая мощь часто становилась недостаточной, а то и обращалась против хаосита. Игнату требовалось переводить упор с нее на мастерство, иначе он так и останется подобием дикаря с радиоактивной дубиной.

Игнат начал припоминать имеющиеся у него действительно важные козыри и думать, как он может их развить.

«Во-первых, это ретранслятор, — отметил хаосит. — Я все еще ощущаю, что не извлек весь его потенциал».

Ретранслятор был очень мощным усилителем ментальных навыков Игната. Аура присутствия, пройдя через него, охватывала все поле боя, превращаясь в контролирующий всех и вся навык. Главное — дождаться заживления ментальной травмы, чтобы вновь использовать его в полную силу.

«Перенос в Кошмар в последнее время все более полезен, — перешел он к следующему пункту, — И в будущем это может стать чем-то действительно ультимативным».

Переходить в Кошмар не умел даже Владыка Перекрестка при всем его могуществе. Только что Игнат закончил бой, спрятав опасное существо в это измерение Хаоса. Здесь проблема была лишь в скорости открытия перехода. Но подвижки были.

«Надо больше практики, — подумал Игнат. — Возможно, изучение работы хаотической сферы прыжка поможет лучше понять методы».

Ну и, конечно, самая большая огневая мощь заключалась в источнике Хаоса и его производных — аспектов. Как и раньше, первостихия таила в себе бездну потенциала для мастера.

«В итоге путей развития — умотаться, — подумал он — А вот времени нет».

То, что Игнат уже имел, можно было развивать десятилетиями. У хаосита же не было и крох от этого времени. Если с Хаосом помогали частички чужой памяти, то такие вещи, как порталы в Кошмар и ретранслятор были уже его собственными наработками. И как все это развивать?

«Надо искать тонкий баланс между тренировками, битвами и всей этой политической кутерьмой, — подумал Игнат. — Я не могу бросить ничего из этого, ибо зависим».

Он подумал, что только в игре или книге герой вечно находит то самовосстанавливающуюся броню, то скатерть-самобранку и волен делать, что угодно. Игнат же был зависим от человеческой цивилизации, а политики не спешили заглядывать ему в рот. Цивилизация людей оставалась сложной паутиной интересов множества влиятельных лиц.

Пока Игнат составлял план развития, полет завершился в еще одном аэропорту.