– Хватит трепаться, Марик, – прервал его Артист. – Ты лучше скажи, когда дашь мне сценарий. Съемки начинаются, а я сценария даже не видел.

– И не увидишь. Принцип моего художественного метода – импровизация. В условиях, максимально приближенных к реальности. Это принципиально. Герои моего фильма придут к зрителю из самой жизни. Поэтому я беру на все роли только тех актеров, которые не заезжены, не растиражированы. Но – талантливы. Как, например, ваш друг Семен Злотников, – добавил он с явным желанием завоевать наше расположение. – Я хотел бы, чтобы вы отметили это в своем пресс‑релизе.

– Подумаем, – неопределенно пообещал Муха.

– Вы сомневаетесь, что Семен талантлив? – несколько обескураженно спросил режиссер.

– Нисколько не сомневаемся, – ответил я. – В этом нам приходилось убеждаться не раз. Но вот насколько он талантлив как актер кино – этого мы, честно сказать, не знаем.

– Вы убедитесь в этом очень скоро. Сегодня же! – пообещал Кыпс и с беспокойством оглянулся.

К трибуне подкатил «лендровер» в камуфляжном раскрасе, из него вышел какой‑то чин в мундире эстонской армии, за ним второй чин, помельче, и два спецназовца – солдаты охраны с десантными «калашами». По реакции Кыпса я понял, что его‑то как раз и ждали.

– Генерал‑лейтенант Кейт! – восторженно округлив глаза, сообщил режиссер. – Все‑таки приехал, козел! Все, ребята, бегу. Пресс‑конференция. Подходите, будет сенсационный сюрприз. Настоящая конфетка для прайм‑тайм! – И он рванул к генералу, которого уже окружила толпа.

– Нехороший ты человек, Пастух, – сказал Артист. – Не мог подтвердить мою талантливость? Язык бы отвалился?

– Я и подтвердил. Из «калаша» ты садишь с обеих рук вполне талантливо.

– А мечешь ножи – так просто гениально, – поддакнул Муха.

– Засранцы вы оба, – сказал Артист. – Ничего не волокете в искусстве. Пошли, будете просвещаться.

Когда мы протиснулись к трибуне, на ней уже стояли режиссер Кыпс, эстонский генерал‑лейтенант и какие‑то другие солидные люди. Журналисты толпились внизу под микрофонами, на трибуну были нацелены телекамеры, массовка и менее важные гости располагались на дальнем обводе. Официанты под тентом отдыхали – судя по всему, выдача халявы временно прекратилась, чтобы не отвлекать публику от центрального мероприятия.

– Уважаемые дамы и господа! Друзья! – обратился к присутствующим Кыпс, предварительно проверив, работают ли микрофоны. – Здесь присутствуют журналисты из Москвы, Санкт‑Петербурга, представители крупного международного арт‑агентства, русские актеры. Поэтому предлагаю говорить по‑русски. Надеюсь, по этой причине никто не обвинит меня в отсутствии патриотизма?

Он окинул аудиторию быстрым внимательным взглядом. Никто вроде бы не собирался обвинять его в отсутствии патриотизма. Кыпс продолжал:

– Небольшое вступление. В основу сценария фильма «Битва на Векше» положены исторические события. По чисто идеологическим соображениям они не нашли никакого отражения в официальной советской истории Второй мировой войны, но для нас, эстонцев, это одна из самых ярких страниц. И мы хотим, чтобы наш фильм сделал ее фактом общественного сознания. Много лет я боролся за этот фильм. И только теперь наше общество созрело до адекватного восприятия моих идей.