– Сейчас понимаете?

– Начинаю. Фильм Кыпса – предлог. Способ предъявить народу Эстонии нового национального героя. И сделать это в нейтральной форме. Если бы эта инициатива исходила от Национально‑патриотического союза или от Союза борцов за свободу Эстонии, это было бы расценено как чисто политический демарш. Соответственно, и фигура Ребане осталась бы лишь мелкой картой в сиюминутной политической игре.

– Вы правы, – кивнул Вайно. – И все‑таки, почему Альфонс Ребане понадобился нам именно сегодня?

Кейт предпочел уклониться от прямого ответа:

– У меня есть догадки, но я хотел бы послушать вас.

– Давайте выпьем, господа, – на правах хозяина предложил Янсен. – Чего вам налить, генерал? Виски, коньяку?

– Водки.

– Ваше здоровье, Йоханнес! – приподнял свой бокал Янсен.

– Ваше здоровье, господа!

Кейт выпил водку, даже не почувствовав ее вкуса. Он понимал: от того, чем закончится этот разговор у камина, может зависеть вся его дальнейшая жизнь.

– Я как‑то говорил вам, что у Эстонии есть два пути вступления в НАТО: долгий и быстрый, – приступил к разговору Вайно.

– Я помню ваши слова, – подтвердил Кейт. – Второй путь реален, если возникнет угроза независимости Эстонии со стороны России.

– Вы ежедневно получаете те же сводки, что и я. На политику России сегодня влияет несколько основных факторов. Какой, по‑вашему, главный?

– Угроза импичмента президенту Ельцину?

– Это важный фактор. Но не главный.

– Югославия? Растущая напряженность в Чечне?

– Нет. Президентские выборы. Они состоятся через год, но именно этим предопределяется сейчас вся политика Кремля. У Ельцина много врагов. И если один из них одержит на выборах верх, президенту Ельцину и его команде не позавидуешь. Его самого изваляют в грязи, а многие из его окружения окажутся в Лефортово.

– Да, в России почему‑то любят сотворять кумиров, а потом со сладострастием их свергать, – согласился Кейт.

– Вот именно, вот именно, – покивал Вайно. – А теперь представьте, генерал, что в этой ситуации в одной из прибалтийских республик вспыхивают серьезные волнения русскоязычного населения. У нас, в Эстонии. Полиция пытается усмирить их. Но это, как всегда бывает, только разжигает страсти. Волнения переходят в акции гражданского неповиновения. Правительство вынуждено принять жесткие репрессивные меры. Запрет русских политических организаций, закрытие их газет, массовые аресты. Обстановка еще более накаляется. Среди русских националистов найдутся провокаторы. Найдутся, Юрген?

– Непременно найдутся, – ответил Янсен.

– Я тоже думаю, что найдутся. На улицах появится оружие. Станет реальной угроза гражданской войны. Что предпримет президент Ельцин? Он поймет, что у него появился очень хороший шанс восстановить свой престиж – прежде всего внутри страны. Россия заявит о намерении ввести в республику миротворческие силы.

– Ельцин однажды уже сделал это – во время мятежа Пуллопяэской егерской роты, – напомнил Кейт. – Но тогда он ограничился словами.

– А сейчас ему будут нужны дела. Псковская воздушно‑десантная дивизия будет поднята по боевой тревоге. Как в этой ситуации прореагирует НАТО? Единственным способом: Эстонию срочно, в обход всех формальностей, примут в Североатлантический союз. Есть ли у вас, генерал, сомнения в точности этого прогноза?

– Нет, – подумав, ответил Кейт. – Но это сиюминутная ситуация. Она может измениться в любой момент.