— Возможно. Так почему бы не предложить мистеру Шнеддлзу сотни полторы гиней за право владения и не положить ему, скажем, десять гиней в год в качестве ренты? Таким путем магазин автоматически перейдет к нам сразу после его смерти.

— Тебе трудно угодить, Чарли Трумпер, но, если ты этого хочешь, я попытаюсь.

— Я этого хочу, Ребекка Сэлмон.

— Я сделаю все, что могу, хотя тебе не мешало бы вспомнить, что мне предстоит родить ребенка, а также подготовиться к защите степени бакалавра.

— Такое сочетание не представляется мне вполне удачным. Тем не менее, ты можешь понадобиться мне, чтобы сделать еще один ход.

— Еще один ход?

— Под названием «Фотерджилл».

— Угловой магазин Фотерджилла.

— Ни больше, ни меньше, — сказал Чарли. Ведь вам же известно, как я отношусь к угловым магазинам, мисс Сэлмон?

— Конечно, мистер Трумпер. И мне известно также, что вы полный профан в торговле предметами изящных искусств, не говоря уже о том, какой из вас аукционист.

— Неважный, должен я признаться, — сказал Чарли. — Но после пары визитов на Бонд-стрит, где я понаблюдал, как они зарабатывают на жизнь на аукционах в Сотби, и последующей короткой прогулки до Сент-Джеймса, чтобы взглянуть на их единственных конкурентов у Кристи, я пришел к выводу, что мы сможем в конечном итоге найти приложение твоей степени бакалавра искусств.

Бекки удивленно подняла брови.

— Мне не терпится узнать, как ты распорядился оставшейся частью моей жизни?

— Как только получишь свою степень, — продолжал Чарли, пропустив мимо ушей ее замечание, — я хочу, чтобы ты пошла работать к Сотби или Кристи, где бы провела три — пять лет, изучая все то, что известно им. Как только почувствуешь себя подготовленной к самостоятельной работе, можешь прихватить с собой любого стоящего служащего и возвратиться в 1-й магазин на Челси-террас, чтобы составить этим двум заведениям настоящую конкуренцию.

— Я продолжаю слушать, Чарли Трумпер.

— Понимаешь, Ребекка Сэлмон, ты унаследовала деловую сметку своего отца. Надеюсь, тебе нравится это выражение? Если прибавить сюда твою любовь и талант к этому, то как можно допустить, что ты провалишься?

— Спасибо тебе за комплимент, но можно мне сразу же поинтересоваться, какое место ты отвел мистеру Фотерджиллу в своем генеральном плане?

— Никакого.

— Как это понимать?

— Последние года три деньги у него утекают, как вода сквозь пальцы, — заметил Чарли. — В настоящее время стоимость недвижимости и всех его запасов едва покрывает издержки, но такое положение дел долго продолжаться не может. Так что теперь ты знаешь, что тебя ожидает.

— Вполне, мистер Трумпер.

Когда наступил, а затем прошел сентябрь, даже Бекки начала соглашаться, что Гай не намерен отвечать на ее письмо.

Еще в августе Дафни рассказала им, что случайно встретила в Гудвуде миссис Трентам. Мать Гая заявила, что Гай не только доволен своей службой в Индии, но и имеет все основания ожидать скорого производства в майоры. Дафни с трудом сдержала свое обещание и не стала говорить ей о положении Бекки.

С приближением срока родов Чарли позаботился, чтобы Бекки не занималась покупками, и даже выделил ей одну из продавщиц для уборки квартиры, в ответ на что Бекки обвинила его в том, что он балует ее.

К девятому месяцу Бекки перестала даже проверять утреннюю почту, все больше соглашаясь с давно известным мнением Дафни о капитане Трентаме. Она с удивлением отмечала, как быстро его образ тускнел в ее памяти, несмотря на то что ребенок, которого она готовилась произвести на свет, был его ребенком.