Донна приняла его тон как должное и напряженно улыбнулась, хотя уже почувствовала смущение.

— Я так поняла со слов мужа, что фундамент должны были закончить шесть недель назад. Таким образом, выполнение работы отстает от графика, оговоренного в контракте…

Марк грубо перебил ее.

— Я уверен, ваш муж видел из своего нового жилища, какая стояла погода? — раздраженно произнес он. — Все время шел дождь. Ответственный за планирование офицер не разрешил нам погружать бетон, пока фундаментные столбы не выставлены. В любом случае мы не нарушаем графика. Теперь работы возобновились, поскольку установилась хорошая погода. Дома будут построены вовремя, уверяю вас. Ну а что теперь? Ведь это все? — Он в нарочитом недоумении сморщил лоб, отчего высоко поднялись его густые рыжие брови.

Донна почувствовала, как из-за этой явной грубости у нее что-то сжалось в желудке.

Она резко выпрямилась во весь свой небольшой рост и произнесла со всем достоинством, которое сумела призвать себе на помощь:

— На самом деле это еще не все. Я получила счета за цемент, и, как мне представляется, его заказано на триста ярдов больше, чем ожидалось. Поскольку мы строим дома с четырьмя спальнями, а не целое большое поместье, то, возможно, вы будете столь любезны, чтобы просветить меня, точнее, поведать мне точно: куда делся остальной бетон? Ну, а также мне нужны имена и адреса так называемых нанятых подрядчиков. Мы уже заплатили двум фирмам, поставляющим штукатурку. А кирпичи еще не готовы даже в виде сырца. При этом, как я полагаю, за них было заплачено заранее, не так ли? Вы хотите, чтобы я продолжала? Или мы все-таки пойдем в офис и там закончим наш разговор?

Марк некоторое время глядел ей в лицо, и глаза его сверкали от злости. Затем он вихрем пронесся мимо нее, и Донне пришлось бежать вслед за ним, чтобы не отстать. Но она успела услышать, как за их спинами засмеялись рабочие, и поняла, что на сей раз их смех предназначался не ей.

Сердце прыгало, просто билось у Донны в горле от сознания собственной дерзости и отваги. Марио указал ей на несоответствия в счетах и все объяснил. Правда, так, как понимал сам. Была чрезмерно завышена смета расходов, и это касалось разных статей. Донна обещала ему, что разберется с этим. Итак, семья предполагала, что она будет отстаивать интересы мужа. И Донна была полна решимости делать это. Данное обещание придавало ей мужества, необходимого для того, чтобы обуздать людей, подобных Марку Хэнкоку. Донна также знала, что Марио был готов подстраховать ее в любой момент, когда бы ей это ни потребовалось… За последние шесть недель жизнь Донны перевернулась с ног на голову. Хотя здесь имелась и хорошая сторона: она уже начала подумывать о том, что пора выбираться из спячки.

Оказавшись в офисе, она умильно улыбнулась Хэнкоку. И сочла себя вознагражденной тем, что на лице его явно была написана встревоженность.

Глава 4

Пэдди Доновон — громадный мужчина весом почти сто пятнадцать килограммов — без труда носил свою тушу лишь потому, что рост его был скорее семь, а не шесть футов, то есть более чем метр и семьдесят пять сантиметров. Большую львиную голову увенчивала грива рыжеватых кудрей, тут и там отмеченных, словно сбрызнутых, сединой. Длинная кустистая борода тоже начинала уже седеть. Серо-голубые, как сланец или сталь, глаза были окружены желтоватыми ресницами.

Руки Пэдди напоминали лопаты, а плечи остались широкими и мускулистыми. Хотя ему почти стукнуло пятьдесят пять лет. Не существовало ничего такого в управлении строительным бизнесом, чего бы не знал Пэдди. Доновон приехал в Англию в начале пятидесятых годов и устроился в Килбурне. Поднял семью, потерял жену, которую убил рак, — и все время он работал на различных строящихся объектах страны. Если что и оставалось в его жизни незыблемым, так это ежедневно покупаемая газета «Айриш Пост».