Синицын не единожды объяснял мне механизм работы «области защиты», представляющей из себя контролируемую разумом псиона сферу, в которой все чужеродные воздействия моментально и решительно подавляются. Настоящие мастера этой «техники» в бою напоминали островки спокойствия в охваченном бушующим штормом океане, не подпуская к себе ничего и никого. И огрызаясь при этом, что кратно сложнее простого поддержания защиты. Но сколь бы много я ни раздумывал над этой концепцией, что-то внутри меня как бы выступало против использования «области защиты».

Не то! Не так! Можно иначе!

А вот как «иначе» я, естественно, не знал, и сюда пришёл экспериментов ради. Не единожды уже было такое, что я подсознательно вытворял что-то эдакое, в нормальном состоянии мне недоступное. Как, например, то «глубокое чтение» Хельги, не последнего в табели о рангах псиона, между прочим.

Так почему бы чему-то подобному не повторится прямо сейчас?

Я уселся посреди полигона, сосредоточился на своих способностях и начал воспроизводить вбитые в меня шаги по созданию пресловутой «идеальной защиты». Вот телекинетическая часть техники, отвечающая за собственно перехват и подавление чужеродных манипуляций и явлений, обозначила границы охраняемой зоны. Вот моё внимание, суть целенаправленное осознание, послушно растеклось по сфере, принося с собой информацию обо всём, что происходило рядом со мной. А вот и восприятие начало меняться, дрожать… и сжиматься.

Нахлынуло ощущение неправильности, и я, определив источник такой простой проблемы, тут же «отменил» последний шаг. Всё нормализовалось, но расслабляться я не спешил: существовала вероятность того, что это не очередная моя особенность, а естественная вещь, мешающая нормальному функционированию защиты. Оставалось только подтвердить или опровергнуть свои предположения на чём-нибудь безопасном, и уже после делать выводы. Но как проверить защиту, не имея под рукой другого псиона? Очень просто: низкотемпературная плазма нам в помощь! Достаточно было просто создать один небольшой шарик вне границ моей защиты, после чего кинуть его в себя же, — условно, конечно, — и «отпустить» контроль.

Как и предполагалось, огонёк отлично ощущался даже вне зоны защиты, и потому перехвачен был практически мгновенно. Как и последующие за ним снаряды, осколки и прочие остатки разложенной на составляющие мишени, для таких дел и предназначенной. Всё работало как часы, но «мою» версию этого метода защиты всё равно нужно было повторно проверить совместно с Синицыным, который легко сможет сымитировать настоящую атаку. А пока можно заняться отработкой других маломощных и не слишком опасных, но полезных манипуляций, каждая из которых могла пригодиться в определённый момент непростой жизни псиона.

В общей сложности на всё про всё ушло пять часов, и в нестройный поток студентов я вливался самую малость уставшим, но донельзя воодушевлённым. Успехи в принципе способствовали росту мотивации, а уж когда эти успехи были незапланированными и неожиданными… В общем, и так ясно, что прирост заинтересованности в дальнейшем самосовершенствовании становится как минимум двойным. А если добавить к этому перехваченную горку хотдогов с чашечкой горького кофе, то жизнь и вовсе начинает играть новыми красками! Оставалось только Ксению найти, да «добровольца» на время от дозора освободить.

Благо, телефонный номер у меня был, и скоординироваться мы смогли за считанные минуты.

— Обошлось без проблем? — Первым делом спросил я Ксению, едва мы встретились и отделились от общего людского потока.