На «ты»? Что ж, мне всё равно, а вот Троцкая может весьма неуютно себя чувствовать, обращаясь ко мне, — я ж её лет на десять-пятнадцать моложе, — как к равному. Но это неточно, может она просто оговорилась или сама по себе любит общаться не слишком формально, кто ж тут угадает?

— Я весь внимание, госпожа Троцкая.

— На твой взгляд, имеют ли псионы вроде тех, с которыми тебе довелось столкнуться, реальную возможность тебе навредить в прямом бою? И сколько их должно быть? — Я прищурился. Вопрос был, прямо скажем, с подвохом, но не отвечать на него… смысл? Обо мне уже известно многое, а мой разум нависает над любым другим как мифологический титан над смертными. Плюс я не могу исключать варианта, при котором знание о моих реальных возможностях выступит настоящим щитом, который прикроет и меня, и Ксению. — Я не требую точного ответа, но хотя бы примерно, основываясь на своих ощущениях?..

— Сами по себе псионы, вероятно, не представляют для меня угрозы. Я легко защищался ото всего, что они использовали, и только пробойщики заставили меня напрячься. Теоретически я мог сразу их уничтожить, но мне пришлось соблюдать осторожность: я не знал, чего от них ожидать, и не попаду ли я в ловушку, если перейду в наступление. — Честно? Абсолютно! Ведь я и правда мог бы перебить хоть сотню псионов уровня «авангарда» или худощавого, специализирующегося на фотонах. Пробиться через мою защиту они не смогли бы даже с пробойщиками, судя по всему ими продемонстрированному. Проблемы могли доставить пробойщики, но тогда я уже был готов их устранить. Просто они даже не приблизились к тому, чтобы загнать меня в угол, а потом их и вовсе расстреляли. Но вот будь их не двое, а с десяток… — Опасность представляли пробойщики, но они не успели меня в достаточной мере ограничить, а после их устранили.

Женщина задумчиво покивала, после чего выдвинула полку стола, достала оттуда пачку сигарет и, бросив на меня вопрошающий взгляд, прикурила прямо от пальца. Ясно: телепат и пирокинетик. Может, есть и что-то третье, но имеющееся уже весьма и весьма неплохо.

— А пехоте и снайперам ты поджарил мозги так, что они не успели даже направить на тебя оружие. Что ж, тогда, возможно, разрешение на относительно свободное перемещение ты получишь куда раньше. Если мне не изменяет память… — На этом моменте мы почти синхронно усмехнулись. — … то ты сражался, удерживая за спиной свою подругу. И даже так тебе никто ничего не смог сделать. Я нигде не ошиблась?

— Нигде, госпожа Троцкая. — Ну, хочет акцентировать внимание на моей силе, о которой я и так знаю — так пусть акцентирует. Мне от того ни холодно, ни жарко.

— Тебе, Артур Геслер, можно присвоить пятый ранг только за то, что ты вчера продемонстрировал. Но мы этого делать не будем. Никаких рангов, только уникальный «титул» псиона нулевого класса. Тебя это устроит?

— Более чем. — Мишура — это пшик, а вот на мои реальные возможности никакие титулы и звания не повлияют.

— Прекрасно. Сразу скажу, что за границу ты попадёшь не раньше, чем достигнешь боевых возможностей шестого ранга. А рано или поздно ты достигнешь этого уровня, даже если темп твоего роста снизится в сотни раз. — Неделя до пятого ранга — это действительно быстро. Почти моментально, я бы сказал. И уж точно недоступно для всех остальных псионов, если только где-нибудь и правда не притаились подобные мне уникумы. Но вот чего никто не знал, так это того, что моё «развитие» было не более чем освоением дивидендов от заточения в собственном теле на протяжении сотен лет. И когда я подберусь к настоящему потолку — большой вопрос. Хотелось бы, конечно, никогда, но мечты крайне редко имеют с реальностью что-то общее.