– И что? – перебила Василиса. – Вы скажете ему, что вы – сэр Исаак Ньютон?! Он не поверит! Он, скорее всего, прикажет вас арестовать. Уверена, когда узнают о произошедшем здесь погроме и убийстве, некоторых из нас тоже возьмут под стражу. Кто-нибудь хочет оказаться в тюрьме и с упорством идиота доказывать тюремщикам, что на их головы вот-вот упадет небесное тело? Но представим наилучший вариант: король вам поверит и объявит эвакуацию. Вы думаете, она будет проходить мирно? Грабители и мародеры наводнят город, толпа поднимет мятеж, всех философов сожгут как еретиков и колдунов.

– Василиса, что ты предлагаешь? – остановил ее живописания Бен.

– Мы должны покинуть город, и покинуть его прямо сейчас. Собрать записи Маклорена и взять с собой этого убийцу. Разве вы не понимаете, какая опасность грозит планете? Если один раз удастся воспользоваться таким ужасным оружием, то последует и второй раз, и третий… Сейчас Лондон, за ним Санкт-Петербург, Амстердам, Вена. Нам необходимо создать средство защиты. Сэр Исаак и Бенджамин обязательно должны покинуть Лондон, желательно, чтобы и все остальные последовали их примеру.

– И ты можешь устроить наш отъезд? – спросил Вольтер.

– Есть пароход, – ответила Василиса, – который через час может отчалить.

– Юная леди, – начал Ньютон, – я полностью понимаю и разделяю ваше беспокойство, но когда настанет ужасный момент трагедии, меня и тех, кто останется со мной, она не коснется.

Василиса от нетерпения принялась кусать губы. Бен в ее взгляде увидел несокрушимую решимость и упрямство.

– В таком случае я вынуждена настаивать. Я стою на страже ваших интересов и интересов всего мира, у меня есть солдаты и оружие, чтобы исполнить мой долг. Сэр Исаак, господин Франклин, господин Гиз, Вольтер и…

– Роберт Нейрн, – подсказал Роберт.

– Позвольте пригласить вас в качестве моих гостей на корабль. Приглашение обязательно только для сэра Исаака и Бенджамина. Остальные вправе покинуть корабль в любое время. Гиз, если хотите, вы можете оповестить жителей Лондона об угрожающей им опасности.

Гиз молчал и, не отрываясь, смотрел на Василису.

– Василиса, не делай этого, пожалуйста, – взмолился Бен.

– Милый мальчик, я делаю это для общего блага. Ты сам скоро поймешь. В Санкт-Петербурге философ, имеющий твой талант, не будет знать отказа ни в чем.

– У него отнимут лишь самую малость – свободу, – ехидно вставил Вольтер.

– Что значит свобода для такого человека, как сэр Исаак? – возмутилась Василиса. – Сэр Исаак, разве вам не приходилось по милости дураков вкушать прелести тюремного заключения? Разве вы были когда-нибудь настолько свободны, что могли делать то, что хотели?

– Василиса, это пустые слова, – не унимался Вольтер.

– Мой милый, дорогой Вольтер, – произнесла нежно Василиса, – несколько месяцев ты ублажал меня и радовал. Пожалуйста, не заставляй меня убивать тебя. Поверь, я не хочу этого делать, но я всегда выполняю то, чего требует от меня долг.

«Ты и со мной выполняла долг, – подумал Бен, и сердце у него оборвалось. – Но ведь я любил тебя». Неужели она подарила ему иллюзию любви только ради того, чтобы потом извлечь из этого пользу? Глядя на нее, такую решительную и властную, он понял, что могла.

– Господин Франклин, – вмешался Ньютон, – что вы скажете на сей счет?

– Я скажу, что, если мы откажемся от предложения Василисы, мы проиграем.