У этой девушки на лице было написано, что она не желает поддерживать разговор. Она уже наполовину сожалела о содеянном. Будет несложно сделать ситуацию совершенно невыносимой, чтобы она попросила его уйти прочь. Достаточно лишь проявить немного непочтительности. Но как она поступит тогда? Лучше помочь ей.

— Не знаете ли вы, демуазель, — обратился он к Кателине, — не может ли мейстер Саймон сейчас оказаться в Брюгге?

Ее рука, державшая ложку, немедленно замерла.

— Он тут ни при чем. — Раскраснелась. Добавила резко: — Его нет в Брюгге.

Это не какая-нибудь служанка, и она вполне понимала, о чем он думает. Теперь она попросит его уйти. Он отставил миску и решительно поднялся с места, как вдруг с неожиданной яростью она произнесла:

— Они хотели сжечь тебя заживо.

Он вновь опустился на скамью и осторожно ответил:

— Им это не удалось, благодаря вам, демуазель. Кажется, я знаю, кто они. Больше они ничего подобного не сделают. Вам не о чем беспокоиться, и передайте сестре, что все в порядке.

Он внимательно смотрел на нее. Невозможно, чтобы она оказалась на улице совсем одна. Необходимо узнать, кто еще в курсе происшедшего.

— Это ваша сестра пришла за вами?

Вопрос встревожил ее. Рассеянным жестом она оттолкнула миску и, поднявшись, подошла к огню. Там, он только сейчас заметил, — на крюке, согреваясь, висело полосатое полотенце. Она потянулась и взяла его, а он, повернувшись, следил за каждым ее движением. Отблески огня просвечивали насквозь полотняную рубаху, и он вдруг осознал, что накидку она оставила на скамье. Кателина обернулась с полотенцем в руках. Она и не думала отвечать на его вопросы.

— Это он распорол тебе щеку?

Клаас не шелохнулся.

— Саймон? Нет.

— Не Саймон, отец Саймона, Джордан де Рибейрак.

Это все равно, что вновь оказаться запертым в бочке, — Клаасу не хватало воздуха. Еще вчера она не знала, откуда взялся этот порез. Сегодня она сумела связать его с Джорданом де Рибейраком. И бросила намек, — наверняка, она намекнула именно на это, — что они оба подозревают Джордана де Рибейрака в том, что произошло сегодня. И, однако, она не просила о помощи.

Полотенце Кателина прижимала к себе, словно ища в нем утешения.

— Вы встречались с ним сегодня? — спросил ее Клаас. — С монсеньером де Рибейраком?

— Он предложил мне выйти за него, — отозвалась она.

Выйти за него! Теперь он взирал на нее в полнейшем изумлении. Отблески огня сверкали и плясали на его коже. В ее голосе звучала горечь, словно Джордан де Рибейрак предложил ей что-то еще, помимо брака. Если так, то едва ли это случилось посреди улицы. Значит, здесь, в пустом доме. Но как мог Джордан де Рибейрак попасть в дом, где находилась девушка без сопровождения? Лишь одним способом. Клаас расцепил руки.

— Он был в маске? — мягко спросил он. — И сказал вам, что хочет навредить мне?

— Что-то в этом роде, — устало ответила она. — Он заявил, что довел до конца месть Саймона по отношению к тебе. Конечно, так и есть. Он рассчитывал, что эти люди убьют тебя. Мы с Гелис можем выступить свидетелями.