— … в общем, мы прошли через джунгли, пережили много опасностей, но справились с испытанием! — говорил женский голос. — Хочешь знать больше — смотри мои рилсы. Подпишись, если еще не успел, и до скорого!

Голос Юли звучал громко и отчетливо, будто девушка стояла где-то рядом. Вникнув в смысл, я понял, что услышал чей-то телефон.

Народу вокруг хватало. Как минимум с пяток людей уткнулись в телефоны, ожидая, когда освободится касса. Не желая привлекать внимание охранника, я подавил желание подойти и попросить показать видео.

«Плевать на эту дрянь, — подумал я. — Тем более, то, что нужно, я уже узнал».

Ни на слух, ни на память я не жаловался, а потому был уверен, что слышал именно Юлю.

«Как минимум она, а скорее всего, и остальные вернулись домой, — отметил я. — А значит, скоро в сети и новостях появятся сообщения об этом, как и рассказы об испытании».

Домой я шел, ощущая смешанные эмоции. Казалось, повода ненавидеть наших бывших союзников не было. И вместе с тем я не мог отрешиться от злости. Эти люди бросили меня умирать.

Перед глазами появилось лицо умирающего Сани. Кто знает, как бы все обернулось, если б они все же решили помочь?

«Ничего, — подумал я. — Живите уроды, а там может и сочтемся».

Отрешившись от этих мыслей, я поскорей направился домой, мельком окинув взглядом типичный спальный район. Люди спешили домой с работы и занимались иными привычными делами, еще не зная, какие перемены грядут. Не знал об этом и я…

* * *

Вернувшись домой, я занялся бытовыми делами. Помимо прочего истощенный организм стремился наверстать потерянные ресурсы, а потому стабильно давал о себе знать чувством сильного голода.

От дел меня оторвало пиликанье китайского телефона. Лежа в боковом кармане рюкзака, тот пережил все приключения и, высохнув, вновь заработал.

Надпись на экране гласила: «Анжела Мастер».

— Да? — произнес я, поднеся трубку к уху.

— Максим, привет, — послышался голос Анжелы, приправленный вечно недовольными нотками. — Завтра в день выйдешь на халтуру?

Я поморщился. В последний год на заводе стабильно не хватало людей в каждой из смен. Работодатель для разрешения ситуации ничего не делал, и «окна» закрывали за счет переработок. Деньги были не лишними, поэтому частенько и я вписывался в это дело. Однако сейчас мне было точно не до халтур.

— Нет, — твердо произнес я. — Не пойду.

— Максим! — Недовольство в голосе женщины усилилось. — План надо закрывать. Скоро конец месяца!

На этот вопрос я частенько отвечал безобидной ложью вроде «приболел» или «семье обещал помочь». Так делал тот, прежний Максим, каким я был до того, как принял смертельный бой в пещере. Сейчас лгать по такой ерунде показалось просто глупым.

— Нет желания, — произнес я. — Да и занят я.

— Максим, ну некому работать, — голос Анжелы построжел. — Надо выходить обязательно.

От наглости я ощутил вспышку раздражения.

— Кому надо, тот пусть и выходит, — чуть подняв тон, ответил я. — А у меня выходные.

— Смотри, Максим, — холодно ответила Анжела. — Как ты относишься к работе, так и к тебе относиться будут.

Глупая фраза не вызвала у меня никакого беспокойства, а лишь смешок, который я даже не стал сдерживать.

— Учту, — сказал я. — Всего доброго.

Положив трубку, я вздохнул. С работой нужно было что-то решать. С одной стороны, я не желал жить по-старому, а с другой, мне все еще нужны были деньги.

Страх остаться без средств прежде частенько занимал мою голову. После пережитого эта проблема казалась куда менее значимой.