— Я, может, и высказался резко, но поймите, это всё из-за давления, оказанного на нас, — произнес он. — Вторая проблема будет действительно тяжёлой.

В этот момент к нему вышел один из представителей бизнеса. Он взял микрофон и сразу же повернулся в сторону нас, военных.

— У нас за плечами заводы, электростанции и прочая инфраструктура, — произнес он. — Сейчас все это в полной остановке, а каждый прожитый день усложняет будущий запуск. Если мы просидим долго, то свалимся в каменный век. Вы понимаете, о чем я?

Слова звучали убедительно, но не для всех.

— То есть мы должны идти и умирать, чтобы бизнес снова смог зарабатывать? — выкрикнул кто-то из командиров отрядов. — Может быть, мы отправим наших олигархов самих отвоевывать свои владения?

Тут же его поддержали многие из среды силовиков. Вопрос, поставленный в таком ключе, действительно звучал возмутительно. Вместе с тем произошло то, о чем я думал раньше. Власть чиновников и бизнес-элиты утратила свою прочность.

С одной стороны я ощущал что-то вроде мрачного удовлетворения, с другой, видел правоту в заявлениях бизнесмена.

Тем временем хоть лагерь силовиков и успокоился, но слушать чиновников уже не хотели.

— Но от Москвы никаких приказов не было! — произнес какой-то тучный полковник.

— У Москвы свои проблемы, — ответил чиновник. — Региональные власти обязаны самостоятельно найти выход из ситуации.

Услышанное стало последним куском пазла, суть проблемы окончательно прояснилась. Дело было не только в Ударе, но и в последствиях Игры. Власть зашаталась, и произошло это в самый худший момент.

«Забавно, что я сыграл в этом не последнюю роль», — подумалось мне.

И ладно если бы «сверху» исправно приходили приказы. Все-таки авторитет «верховных» владык из Москвы должен сохранять свою силу. Но столице было не до управления.

Тем временем минута шла за минутой, а к пониманию стороны так и не пришли.

— Твари идут на нас сами! — сказал все тот же полковник. — Сидим в обороне, пока не перебьем их! Тактика простая, рабочая, да и людей сохраним.

Я улучшил момент, когда настал миг тишины, и тут же вклинился:

— Знаешь, что будет, когда нагруженный миксер с бетоном остановит вращение? — произнес я.

Столь странный вопрос сбил всех с толку.

— Бетон застынет, и устройству понадобится сложный и дорогой ремонт, — произнес я. — Кто-то понял, о чем я?

— О том, что Коготь ударился головой? — схохмил кто-то.

Однако особо его не поддержали. Я буквально ощущал, как Тотальное присутствие помогает, добавляя моим словам значимости и усложняя оппонентам попытки сбить меня.

— Так же многое оборудование на заводах просто не имеет возможности остановки, — продолжил я. — Запустить что-то через неделю сложно, через две недели — возможно только с ремонтом, а через месяц понадобится строить новые заводы.

Я не был уверен, что меня поймут, и надеялся, что недостатки сгладит Тотальное присутствие. И кажется, оно работало. Наблюдая за реакцией, я видел что меня понимают. А бизнесмены так еще и активно поддержали.

Человеческая цивилизация выживала в непрерывном производстве и потреблении. Она не могла просто всё поставить на паузу и запуститься через месяц-другой, когда перебьют всех тварей. Это можно было сравнить с организмом акулы, которая задыхалась под водой, если прекращала движение. То же самое было и с человечеством.

И кажется, со скрипом это доходило до людей. Медленно в их глазах проступало осознание всей глубины проблемы.