Облачко продолжало неуверенно формироваться, словно испытывало наше терпение.

Над нашей головой раздался отчётливый стук и что-то похожее на сдавленный стон.

— Да что же это такое? — воскликнул Танэ Пахау. — Опять какой-то шум на крыше.

Он тяжело поднялся с места и вышел. За окном мелькнул синий свет фонаря и раздался голос старика:

— Вот поймаю, не обижайся, коли размажу «Порывом Ветра».

Танэ Пахау вернулся к нам и пояснил:

— Подозреваю, что подлец-сосед всё же ворует наши дрова!

Я махнул рукой, мол, до дров ли сейчас? Тут, блин, моя демоническая сущность проявляется!

Тем временем облачко приняло очертания человека. Быстро формировались детали: пальцы, губы, лицо. Мама Самирана тихонько вскрикнула. Неясно, то ли от радости, то ли от неожиданности.

Реоа радостно пожала мою руку:

— Это же ты, Самиран. Ты не демон! Ты как все прирождённые жители! И зачем тебе вообще этот обряд нужен был?

Я недоверчиво смотрел на замершую в центре залы призрачную фигуру Самирана Саран. А Реоа сбивчиво поясняла, что если провести обряд над здоровым, неодержимым человеком, то «Игра Света» покажет его таким, какой он есть.

Мама Самирана подошла ко мне и коснулась моего лица:

— Самиран… сыночек мой… Это ты! Ты! А я чуть было не…

Она не стала продолжать, что чуть не убила меня.

Перевозбудившаяся от событий Реоа продолжала тараторить и бибикать:

— Почему вы грустны, госпожа? Обряд показал, что в Самиране нет демона. Его сущность совпадает с телом. Всё же хорошо. Всё хорошо, хорошо, хорошо.

Голос Реоа дрогнул, будто она собиралась разреветься.

Повторяя: «Всё хорошо, хорошо же? Хорошо…» — Реоа вышла из дома.

Надо бы пойти за ней, успокоить. Ведь она думала, что помогла мне провести важный обряд. Думала, что её жертва поможет мне бороться с одержимостью. И вот выяснилось, что жертвовать вообще не имело смысла.

Но я и сам был потрясён итогом: обряд показал, что я вовсе не демон из иного мира, не какой-то там Денис Лавров, учитель истории из будущего, который якобы увидел руины Дивии глубоко под землёй. Я — настоящий сын Мадхури Саран.

Только чокнутый.

Очень сильно чокнутый.

Это же… как это возможно?

Получается, Дениса Лаврова никогда не существовало? Вся его жизнь, все его мечты, надежды и стремления — мираж.

Не было ни девушки-парапланеристки, ни группы Hollywood Undead, ни шашлыков и стейков, ни родителей в квартире города Екатеринбург? Как и не было ни той страны, ни того мира, из которого Денис Лавров якобы пришёл.

— Сынок, — сказала Мадхури и много-много раз погладила меня по щеке, будто хотела добыть из неё огонь. — Сыночек…

Но мне не было дела до её чувств. Я не мог поверить, что я — это выдуманная личность шизанувшегося пацана.

— Мы вылечим тебя, сыночек, — продолжала тереть мою щёку мама Самирана. — Теперь-то мы знаем, что Ронгоа надёжно лечат природную дурь. Я упаду к ним в ноги, стану их челядинкой, лишь бы они вылечили тебя.

Я стоял, как оглушённый «Ударом Грома». Пытался принять правду: я психически нездоровый волшебник из летающего города.

Не отпуская моей руки, мама повела меня к выходу:

— Теперь мы снова будем вместе. Мы снова будем жить втроём мирно, как раньше. Отец примет тебя. Мы тебя вылечим, сыночек. Забудем твои ошибки, ибо они последствия демонической болезни. Идём со мной.

Я покорно пошёл за нею.