— Это, — сказал Жон, поворачивая кольцо перед изумленными глазами Эллианы, — украшение, которое в старину носили пилоты, совершавшие прыжки на край вселенной. Его использовали в залог данного слова, как закладную за товар, как плату за ремонт. Пилот всегда возвращается за кольцом, гласила мудрость — и, как правило, это было так.

Он улыбнулся.

— Я получил его от моей матери, а она — от своей, а та получила его от своего отца… И так — на столько поколений в прошлое, что даже тебе не пересчитать. Его вернули мне с телом моего сына. Его всегда носили бинджали пилоты. Сделай мне одолжение и надень его.

Секунду ему казалось, что даже этой малости будет слишком много. Ее лицо стало землисто-бледным, но глаза — глаза стали ярче яркого.

Она наклонила голову в выражении глубочайшего уважения.

— Для меня это огромная честь, — сказала она, и ее голос охрип от серьезности момента. — Я буду носить его — с радостью.

— Так.

Он ощутил прилив гордости за нее — за ту личность, которой она позволила себе стать. Глаза у него защипало от слез, и он надел старинное кольцо на безымянный палец ее правой руки. Оно пришлось на него впору, словно было сделано на нее, — и Жон улыбнулся. Мысленно он поздравил себя с тем, что сказал ювелиру правильный размер.

Убрав свою ладонь из-под ее руки, он выпрямился на своем табурете.

Справа от него Трилла издала торжествующий клич, к которому мгновенно присоединился Клонак. Даав молча положил руку ей на плечо и улыбнулся, когда она повернулась к нему. Заплатка встала, потянулась, потерлась о ее ногу — а потом удалилась куда-то по срочным делам.

— А теперь, — объявил Клонак, вскакивая на ноги и вскидывая руки над головой, — мы идем праздновать!

Глава тридцатая

Целитель — это тот, кто способен заглядывать в сердце и ум человека, которого мучает боль, прогонять эту боль и возвращать страдальца к радости.

Пилоты встали в очередь, чтобы с ней познакомиться. Когда они кланялись, Даав говорил ей на ухо их имена:— Эла. Кад Вир. Мордрид. Нази.

Эллиана отвечала на каждый поклон и повторяла каждое имя, пытаясь мысленно запомнить его с соответствующим ему лицом.

— Иллиопа, Пет Рам, Аби Тод…

Очередь наконец-то подходила к концу, но Эллиана сильно опасалась, что совершенно забыла часть имен, а другие — безнадежно перепутала.

— Фрад, — проговорил Даав несколько иным тоном. Эллиана встряхнулась и с особым вниманием посмотрела на пилота Фрада.

Мужчина с бесстрастным лицом, почти такой же высокий, как Даав, уважительно поклонился, одновременно сложив пальцы в знак «бинджали». Выпрямившись, он сжал плечо Даава и ухмыльнулся.

— Привет, дружище!

Даав ответил такими же ухмылкой и пожатием.

— Когда прилетел?

— Как раз вовремя, чтобы наблюдать за самым поразительным полетом со станции Разведки.

— Тебе, как всегда, повезло.

— Ха! — Фрад повернулся к Эллиане. — Послушайте моего совета, пилот, и потребуйте, чтобы начальник порта выплатила вам десятую часть дохода, которую она получит от продажи этой записи.

Она недоуменно моргнула.

— Какой записи?

— Я сам попытался заполучить копию, но запись уже идет на следующий трильсдень. За пару баров отсюда я слышал, как какой-то капитан-землянин обещал заплатить двадцать кантр тому, кто принесет ему копию до местной полуночи. — Он ухмыльнулся. — Собирается использовать ее для обучения своего экипажа.