|
Что с ним делать — дикари не придумали, но на всякий случай решили оставить всё в тайне. За что их стоило бы даже похвалить. И вот, когда я получил от Кащера то, что хотел — пришло время спуститься в лабиринты. Загадка — загадкой, но я поверил тем источникам, в которых ничего не упоминалось про дополнительные печати. Начал с простого варианта. В крайнем случае, мне оставалось надеяться на силу, данную безумцем. Я решил не искать шесть ключей, а сразу отправился к входу в последнюю печать, сюда, чтобы чарами попробовать отыскать её и открыть.
Тут колдун с досадой ткнул палочкой в столешницу: — Что сказать? Я недолго в этом поместье, но, судя по всему, без печатей не справлюсь. Как видишь — эта домина огромна. С первого взгляда найти вход не удалось. Я сутками думал, где она может быть, но ничего дельного не приходило в голову. Жаль. Надежды на правду тех источников и на силу Кащера сегодня рухнули… — Ходить лёгкими путями всегда приятно, — заметил Шаман. — Правда, очень уж велико разочарование, когда такая дорожка заводит в тупик. Примитивный стишок оказался не таким уж простым. Как выяснилось, он действует. Все три печати мы отыскали по его наводке. Похоже, правда именно в этих виршах. — И что ты мне предлагаешь? — мрачно поинтересовался колдун. — Стишок в одну руку, наши печати — в другую, и вперёд, на поиски. Мы облегчили тебе половину работы. Подлечи только мальца и ступай исполнять мечту, — подбодрил чародея Сашка. — Ну как? По рукам? — Отчего бы и нет? — в раздумьях Торрис опять принялся чесать жезлом затылок. — Вряд ли я сильно употею, исторгая заразу из твоего друга. Но всё же как-то странно это выглядит. Печати явно не валились вам снегом на голову, а вы так просто их раздаёте. До сих пор не пойму ваших стремлений. — Что ж, открою карты. Стремления наши чересчур спонтанны, потому как условия игры, в которой мы участвуем, постоянно меняются, — покачал головой Саня. — Спешу обрадовать: похоже — ты тоже присоединился к партии в качестве участника. Не удивляйся, ведь наш кукловод не так прост, хотя удачней было бы назвать её не кукловодом, а скорее крупье. Нелёгкая занесла меня и Неса в Навье, откуда всё началось. — Навье? — огоньки-глаза колдуна расширились от удивления. — Разве такое возможно? Шаман спокойно продолжал: — Живущая там богиня смерти, Морена, оказалась в тот день чересчур гостеприимной. Она не стала уничтожать нас, а лишь превратила в пешки. С тех пор мы бродим по просторам подземелий, радуя эту сумасшедшую своими попытками выжить. Она подстраивает нам смертельные ловушки, вынуждает идти на экстремальные выходки, совершать необдуманные поступки, хотя в целом подсказывает верное направление. Между прочим, именно Морена чётко намекнула нам, что ты нынче бродишь под скалами. Кстати, думаешь, гигантская толпа упырей здесь, в этой пещере — случайность? Как бы не так. Глядя, как мы с тобой наперегонки уничтожаем их племя, она явно с восторгом хлопала в ладоши на всё Навье. По идее, с исцелением Неса наша игра должна завершиться. Хотя мне в это с трудом верится. Но, по крайней мере, попробовать стоит. Мы долго шли к этой стадии, так что давай, получай свои печати, лечи парня — и расходимся. Вдруг, всё выгорит, и мы впервые за тьму тьмущую мрачных дней в этих катакомбах наконец взглянем на солнце. Торрис пожал плечами: — В таком случае, не вижу причин откладывать. Веди его сюда. Шаман тенью отделился от лёгкого полумрака в углу комнаты, чтобы позвать друга, однако Несу не требовалось персональное приглашение. Он ураганом вломился в особняк и при этом имел весьма взволнованный вид. На немой вопрос товарища, юноша выдохнул: — Ялка! И Мара! — Твою мать! — Сашка гневно воздел руки к потолку, а после со злостью хлопнул себя по бёдрам. |
