|
Водитель опрокинулся навзничь и исчез из поля зрения Ардиана. Во дворе мгновенно стало очень тихо, а может быть, Хачкай, оглушенный выстрелом, просто потерял способность воспринимать обычные звуки. И это было плохо, потому что у толстяка появился шанс подкрасться к Ардиану незамеченным. Но тот не воспользовался этим шансом. — Эй, парень, — громко крикнул толстяк, — не хочешь посмотреть, что держит во рту твоя подружка? «Он отступил к подъезду, — определил Хачкай. — Подальше от света фар, в темноту. И у него Мира, Мира…» — Ствол моей пушки, парень! Очень смешная картинка, можешь мне поверить! Ни дать ни взять Мисс Глубокая Глотка. А знаешь, что я сделаю, если ты не бросишь оружие и не выйдешь из-за машины с поднятыми руками? Ардиан молчал. Судя по тому, что он успел узнать о господине майоре, вариант ответа был только один. — Предупреждаю: стрелять в меня бесполезно. Я прикрылся телом твоей подружки как щитом. Очень аппетитный щит, должен заметить. И очень эффективный в нашем с тобой случае. У тебя ведь русский беспламенник, верно? Пули быстрые, но очень резко тормозят. Я еще ни разу не слышал, чтобы такая пуля пробила тело насквозь. Так что до меня тебе в любом случае не добраться. Будь умником, бросай оружие и выходи. Обещаю, что не причиню вреда твоей подружке. Ну, давай же, не заставляй меня ждать… Хачкай тихо подполз к машине и прижался к теплому металлу двери. Если я отвечу, подумал он, этот гад может начать стрелять на звук. Что у него за ствол, я не знаю, есть ведь и такие, что с легкостью прошивают автомобиль насквозь… Но в любом случае для этого ему придется отвести пистолет от лица Миры. — Отпустите ее! — крикнул он. — Я до вас все равно доберусь, понятно? — Чего уж тут непонятного, — отозвался толстяк. — Ты же у нас такой крутой, просто ужас берет… Только вот через пять минут здесь будет полицейский спецназ, и уж эти ребята покрошат тебя в капусту, прежде чем ты успеешь обмочиться со страху. Ардиан только зубами скрипнул. Бессильная ненависть к господину майору душила его, как шелковая удавка. — Послушай, — словно почувствовав его состояние, вкрадчиво проговорил толстяк. — Ты же умный парень и наверняка понимаешь, что такие игры заканчиваются плохо, У тебя есть один-единственный шанс — ты бросаешь пистолет и выходишь из-за машины с поднятыми руками. Обещаю сохранить тебе жизнь. Ну же, давай, не бойся! Ардиан молчал. По лбу его медленно стекали капли пота. — Что же ты такой нерешительный? — усмехнулся господин майор. — Думаешь, я не трону твою подружку? Ну-ка, девочка, объясни своему крутому приятелю, что с тобой произойдет, если он не будет слушаться старших… Мира закричала. Ардиана пробрала дрожь — захлебывающийся, полный отчаяния крик казался предсмертным. «Как можно кричать с дулом пистолета во рту?_»_ — успел подумать он, выпрямляясь. Время потекло чудовищно медленно, будто капля патоки, стекающая с деревянной ложки. Ардиан, преодолевая сопротивление ставшего плотным воздуха, падал грудью на капот автомобиля, сжимая пистолет обеими руками. Толстяк, который, как он и предполагал, почти добрался до подъезда, протягивал в его сторону какой-то длинный темный предмет. Мира стояла перед толстяком на коленях, ее волосы были намотаны ему на кулак. Она по-видимому, пыталась отползти назад, но господин майор держал ее крепко. |
