|
Не чета, конечно же, черному бронированному «Гелендвагену», на котором передвигался Скандербег, но вполне приличная машина. Ардиану и на таких не доводилось кататься. Последние полгода он подумывал о том, чтобы купить себе скутер, но для этого пришлось бы залезть в кубышку, а Ардиан старался делать это как можно реже. В конце концов, увезти свою семью куда- нибудь в далекую благополучную страну важнее, чем раскатывать по улицам на мотороллере. Шмель притормозил перед широкими коваными воротами виллы. Мигнул два раза фарами, потом распахнул дверцу и вылез из машины. — Посидите здесь, — буркнул он. — Скажу охране, что вас двое… — Что за дела у отца со Скандербегом? — тихо спросил Раши, когда Шмель отошел на безопасное расстояние. Ардиан пожал плечами. — Не знаю, правда… Эфенди попросил меня передать отцу, что ждет его вечером на стаканчик ракии. Я и передал… а что, зачем — этого он мне не сказал. — Ты ведь часто тут бываешь, Арди? — не унимался брат. — Ты же работаешь на Скандербега, не так ли? Ардиан отвернулся к окну. Он очень не любил, когда Раши начинал задавать такие вопросы. — Я же не спрашиваю у тебя, какими делами ты занимаешься в городе, — огрызнулся он. — А про отца я и вправду ничего не знаю. От дальнейших расспросов его избавил вернувшийся Шмель. Тяжелые створки ворот медленно разъехались в разные стороны, и «Мерседес», немилосердно грохоча, вкатился во двор виллы. Здесь было гораздо светлее, чем на улице. Горели лампы под колпаками невысоких, сделанных в английском стиле фонарей, по берегу искусственного прудика протянулись опалесцирующие нити световодов. Паутина таких же нитей оплетала весь дом Скандербега, превращая его в подобие сказочного дворца. Ардиану еще ни разу не доводилось бывать у босса ночью, и роскошная иллюминация виллы поразила его. Шмель загнал машину на бетонированную площадку у самой стены и заглушил мотор. — Выходите, — велел он, не поворачиваясь к братьям. — Парни вас проводят. Парни оказались под стать Шмелю — здоровенные, с толстыми короткими шеями, в черных обтягивающих футболках, открывающих огромные бицепсы. Раньше Ардиан их не видел, и это его встревожило. Один из бугаев мотнул головой, давая знак следовать за ним. Второй громила и выбравшийся из «Мерседеса» Шмель шумно топали сзади. Они обогнули дом и вышли к выложенной красным кирпичом террасе. Здесь Ардиан наконец увидел отца. Отец лежал, уткнувшись лицом в траву. По-видимому, он упал с террасы, да так и остался лежать на земле. Почему-то никто не попытался его поднять. — Папа! — крикнул Ардиан, бросаясь к нему. Терраса была невысокой, ниже его роста, и падение не могло причинить отцу большого вреда. Но он лежал совершенно неподвижно, а Ардиан слишком хорошо знал, что означает такая неподвижность. Он с разбегу грохнулся на колени перед отцом, схватил за плечи. Отец застонал, и Ардиан испытал мгновенное облегчение — стонет, значит, жив. В следующую секунду пальцы его коснулись чего-то липкого. — Что ж вы с ним сделали, суки?! — глухо зарычал за его спиной Раши. — Он же в крови весь! И точно, это была кровь. Ардиан попытался перевернуть отца на спину, но не смог. Хачкай-старший, никогда не отличавшийся крупным телосложением, неожиданно стал очень тяжелым. К тому же перемазавшемуся в его крови Ардиану никак не удавалось ухватиться за отвороты отцовской куртки — руки скользили. |
