— Ты чего так поздно? — поинтересовался я, присаживаясь напротив.

— Нет, это ты чего так рано? — недовольно буркнул он, не прекращая растирать ушибленное место. — Я раньше всех встаю и тренироваться прихожу первым. И вообще, ты же нарочно по щиту бить запретил, да? Знал ведь, что я со всей дури именно по нему и полезу!

— Конечно знал. — развел я руками. Не знал конечно, и даже в глубине души немного удивлен, что здоровый взрослый мужик с рефлексами, которым позавидовал бы любой хищник, раз за разом наступает на одни и те же грабли.

Впрочем, взрослый человек имеет право развлекаться по своему усмотрению, если законов при этом не нарушает. А бить по щиту и получать мешком в затылок, насколько мне известно, статьей не предусмотрено.

— Ты чего, тренироваться пришел? — Кейн поднялся, отряхнул штаны и покосился на чучело с видимым подозрением. — Чучело не уступлю, сам не набаловался. Иди вон по мишеням стреляй, пока Вельт не видит.

— Да я обычно утром тренируюсь, — отмахнулся я, хотя по логике утро уже наступило, и Кейн, судя по выражению лица, именно это мне и хотел сообщить. — Вообще удачно тебя встретил, на самом деле. Мне нужна информация о пчелах, и это не шутка, а вопрос стратегической важности. Воск хочу добыть, и понятия не имею, что они из себя представляют и чего от них ждать. Эдвин объяснял, но ты и сам знаешь его манеру выдавать подробности.

— Хах! Хорошо хоть говном не влепил, уже удивительно, — хохотнул Кейн и наконец убрал руку от головы. — Пчелы на карте верно указаны, найти легко, заранее услышишь и увидишь, мимо не пройдешь. — Он кивнул каким-то своим мыслям. — А по нраву… Жалить будут, конечно, но может и не так часто, как хотелось бы. Хотя тебе и разочка хватит, — охотник оценивающе окинул взглядом мою физиономию, и надо отдать ему должное, задержался дольше обычного. — Хотя вообще подрос ты за последний месяц, не такой дохлый, как раньше.

Не, ну приятно, конечно, когда тебя хвалят за прибавку в весе. Особенно если хвалит человек, который при первой встрече мог бы использовать тебя вместо копья.

— А что, больно жалят? — уточнил я, старательно раскладывая по полочкам каждую каплю информации.

— Ну как бы тебе сказать… — Кейн задумался, покрутив копье в пальцах. — Вот ты обычных пчел видел? Хотя откуда, такие тут не водятся, это на юг надо идти аж за город. — Он пожевал губу, подбирая сравнение попроще. — Жука-чесуна знаешь? В навозе живет, черный такой.

— Ну да, видал, — я припомнил мелкого невзрачного жука, единственная отличительная черта которого заключалась в том, что он постоянно скреб задними лапками собственный зад. Сантиметра полтора от силы, ничем не примечателен, если не считать этой вот трогательной привычки.

— Вот, обычная пчела размером как раз с чесуна, — обрадовался Кейн, явно гордясь найденной аналогией. — Но ужалить может так, что потом целый день выть будешь. Неприятные они в этом деле.

— А лесные пчелы, как я понял, или добрее, или злее, верно?

— Ну… — Кейн замялся, и пауза затянулась дольше, чем следовало. — Знаешь кошку Мурку? Бабка Аля кормит ее.

— Ты это к чему? — задумчиво протянул я, вспоминая наглейшее существо, которое занимало собой полскамейки и смотрело на проходящих так, будто это они пришли на его территорию.

— Ну вот, по размеру плюс-минус оно и будет, — Кейн раздвинул ладони, показывая габариты. — Только агрессивнее и с ядовитым жалом в заднице. В общем, удачи тебе с воском или медом, чего ты там от них хочешь, не помню.