Разожгла огонь по новой, и на этот раз дым пошел куда надо, у разогретого очага тяга куда лучше, хотя Дагна все равно помотала головой. Трещины серьёзные, кладка просела, раствор местами выкрошился полностью.

Чинить бессмысленно, надо складывать заново. Отец бы не стал латать чужие ошибки, он бы разобрал до основания и сложил как следует, ровно, на совесть, чтобы стояло десятилетиями. Дагна умеет, он научил, и руки помнят, даже если последний раз складывала горн ещё до замужества. И вроде бы руки заняты работой, но мысли снова потекли в каком-то своем направлении.

День в Валунках начался обычно, Дагна как раз взялась за простой заказ, наточить и подправить серп для соседки, когда загрохотал тревожный колокол. Звук ударил по ушам, разнёсся над крышами, и первые секунды никто не понял, что происходит, потому что колокол бил не так, как при пожаре, а быстро, сбивчиво, с нарастающей частотой. Потом крики, топот, и люди высыпали из домов, озираясь и не понимая, куда бежать.

А вот она поняла почти сразу… Бросила серп, рванула к соседке, у которой оставила детей, и когда схватила обоих мальчишек, младшего на руки, старшего за запястье, до кузни уже не добралась. За те минуты, что ушли на детей, бой разгорелся по всей северной окраине, и возвращаться означало бежать навстречу тому, от чего все бежали прочь.

По улицам носились звери, причем разные, от мелких юрких тварей, похожих на облезлых собак, до чего-то крупного и рогатого, что Дагна видела только мельком, потому что не оглядывалась. Нападали на всех подряд, без разбору, и люди в панике давили друг друга, пытаясь протиснуться к южным воротам.

Но настоящее сражение шло с северной стороны. Гвардейцы Кральда приняли бой, и вот кто оказался настоящими монстрами, только по другую сторону. Бойцы носились с немыслимой скоростью, кровь била фонтанами, клинки сверкали Основой, и среди них Дагна разглядела самого Кральда, широкого, в помятом доспехе, рубящего направо и налево без остановки. Рёв, лязг, крики, всё смешалось в сплошной давящий гул, от которого звенело в ушах и сводило зубы.

Гвардейцы стояли, сколько могли, невзирая на то, что врагов оказалось в разы больше. И только когда последние жители вышли через южные ворота, бойцы начали медленно отступать, не забывая при этом подбирать раненых.

Дагна уходила одной из последних. Оглянулась один раз, уже за воротами, и увидела их…

Три фигуры на краю побоища. Длинные, тощие, с зеленоватой кожей и вытянутыми мордами без глаз. Твари сидели верхом на огромных волках, неподвижно, молча, и просто наблюдали за происходящим, хотя наблюдать им, казалось бы, нечем.

От них несло чем-то таким, что Дагна не могла описать словами, не страхом, не холодом, а чем-то глубже, первобытным и давящим, от чего хотелось упасть на землю и не шевелиться. В следующий миг все три фигуры развернулись и ушли куда-то в сторону степей.

Дагна вздрогнула и тряхнула головой, прогоняя наваждение. В последнее время совсем не те мысли лезут, надо отвлекаться. Это не повторится, новый дом никто не сожжёт. Здесь всё будет по-другому, потому что иначе не может быть, а если может, то Дагна об этом думать не собирается. Лучше работать, чтобы не осталось времени на плохое.

Вспомнилось, как у дома старосты всем предложили работу. Беженцы потянулись к бородатому великану, к Хоргу, а на худого чумазого юнца никто и не посмотрел. Дагна поначалу тоже не думала вызываться, но потом задумалась.

Почему мелкий паренёк стоит рядом с матёрым мастером и предлагает работу на равных? Не просто же так ему доверили бригаду, а значит есть в нём что-то, чего не видно на первый взгляд. Как минимум интересно, а как максимум он и вправду знает, что делает.

И чем дольше Дагна смотрела на стройку, тем сильнее склонялась ко второму. Совершенно непривычные материалы, странные приспособления, серая жижа, которая застывает камнем. На каждом участке работы видно, что кто-то пытался облегчить труд, сделать процесс проще и быстрее.