И ведь книжку так толком и не изучил, все никак руки не доходят. Там еще руна отражения света была, и кто знает, что еще, но мозг наотрез отказывается воспринимать местные буквы как носители информации.

Подхватил корзинку, закинул на плечо и почти побежал. Пряху разместили где-то ближе к восточной стене, там избушка была, в ней одна из местных бабушек жила, она и приютила мастерицу с дочкой.

Нашел не сразу, пришлось пару раз заглянуть в чужие дома, и в одном из них в меня прилетела какая-то тряпка. Но я же извинился! И не виноват, что люди переодеваются и не закрывают за собой двери! Хотя, может, стоило бы стучаться, но эта мысль пришла уже после того, как тряпка попала мне в лицо.

В итоге по наводкам местных нашел нужный дом и понял, что мог бы быть повнимательнее, потому что на тесном участке за избой прямо сейчас кипела работа, которую сложно не заметить. Женщины разных возрастов, от совсем молодых до таких, что годились мне в бабки, возились каждая со своим делом. Насчитал около двадцати, кто-то распутывал катушки, кто-то наматывал на палочки готовую леску, а сама пряха стояла, уперев руки в бока, и командовала чем-то, что при первом взгляде показалось мне конструкцией для пыток.

Нет, серьезно, у меня богатая фантазия, но когда видишь деревянную раму с торчащими крюками, к которым привязаны жгуты, а женщины крутят, тянут и наматывают, первая ассоциация далека от мирного ремесла.

Хотя, конечно, разобрался быстро. Устройство на поверку простейшее: деревянная рама, на ней три крюка, которые вращаются одновременно каждый вокруг своей оси. От каждого крюка тянется пучок нитей, и все три пучка закручиваются по отдельности. А затем с другой стороны все три уже закрученных пучка цепляются за один общий крюк, и он закручивает их между собой в обратном направлении.

Объяснять на словах сложнее, чем увидеть своими глазами, но суть в том, что каждая отдельная нитка скручена в одну сторону, а вместе они скручены в другую, и за счет этого канат получается прочным и не раскручивается. Принцип мне знаком по прошлой жизни, только там канаты делали на заводах, а тут четверо теток крутят ручки и вяжут узлы, и результат, надо признать, ничуть не хуже.

За станком работали четверо, кто-то крутил с одной стороны, кто-то придерживал с другой, а я не удержался и подошел поближе. Потому что с крюков сходила бечевка, причем такого качества, что хотелось погладить. Канат толщиной в сантиметр, ровный, плотный, и грузоподъемность у него такая, что староста при всем желании не порвет. Ну, может если очень постарается, но ему для этого придется выложиться серьезнее, чем в тот раз с демонстрацией.

— А ты чего приперся-то, худосочный? — гаркнула пряха, заметив меня. — Я б позвала, как готово будет, чего шляешься, девок моих попусту отвлекаешь?

— Да было бы на что отвлекаться, — усмехнулась одна из работниц, за что получила мой самый грозный взгляд, но в ответ рассмеялись уже остальные, и грозный взгляд выстрелил в молоко.

— Чего расселись? А ну продолжайте! — прикрикнула тетка, и работа возобновилась мгновенно, будто и не прерывалась.

— А это, — задумчиво протянул я, подойдя ближе к станку, — это вы сами смастерили?

— Ну так Дульбу нашего, плотника, пригнали, он все и сделал, — она ухмыльнулась и хрустнула пальцами. — Он, знаешь ли, перед нашими женскими чарами никогда не мог устоять. Помог, не делся никуда. — она хрустнула пальцами, от чего мне стало слегка не по себе.

— А если б не помог, делся бы! — хохотнула одна из барышень.

— Ну да, такие чары действительно работают… — задумался я, покосившись на кулаки пряхи, каждый из которых размером с приличную репу.