|
Кончилось тем, что Сергей начал швырять в них головёшками и разогнал. Вместо этого начался вокруг мяв, рёв и вой, кто-то шарахался с дерева на дерево и даже пролетал над поляной, над костром, заставляя пригибаться. Но где-то далеко за озером медленно начинала разгораться полоска зари — и вакханалия вокруг костра пошла на спад. Но, прежде чем она прекратилась окончательно, произошло ещё кое-что.
Я как раз раскочегаривал пригасший в одном месте костёр, когда ощущение взгляда стало непереносимым, и я, вскинувшись, схватился за наган. Прямо за пламенем высилась тёмная фигура — точнее я не мог ничего рассмотреть, взгляд как-то странно соскальзывал с неё, как вода с промасленной ткани, и только два светящихся мертвенно-зелёным светом диска висели перед моим лицом. Это только начало, услышал я у себя в голове.
Утром был мороз, и немаленький. Стало ясно, что наступила осень. Воздух меж деревьев стоял (именно стоял) тихий и прозрачный, как стекло. Висела белёсая паутина. Конечно, можно было не сомневаться, что день вновь будет тёплым, но так же несомненно было и то, что накатывает зима. Может быть, не такая суровая, как в старушке Европе, но — зима. Я не выспался, хотя после смены смог достаточно спокойно поспать ещё два часа. Вообще, если честно, все приключения, пока их переживаешь — это смертный страх или столь же смертная скука (вроде бесконечных пеших переходов). Но во-первых, как ни странно, потом вспоминаются только немногочисленные, но по-настоящему яркие моменты. А во-вторых — без этих приключений адреналин в кровь перестаёт поступать совершенно. Растительное существование… — бурчал Игорь, затягивая ремни сапог. — Что-то холодно, Олег… — Алкогольную тему отставить, — я зашарил по земле в поисках «сбруи». — А, вот… Доброе утро, Тань. — Не очень доброе, — она села, ёжась. — Сны такие мерзкие снились… или наяву было, чёрт его знает… Ты в лес уходил? — Ты что? — поразился я. — Значит, снилось, — вздохнула она. — Ой, как холодно-то… Мороз, что ли? — Невероятно точное замечание, — заметил Олег Крыгин. — Так, никому никуда из лагеря не отходить! — гаркнул я, будя тех, кто ещё спал. — Если кому приспичило до «немогу» — собираться группами не меньше чем по пять человек и опять-таки далеко не отходить!.. Лен, когда завтрак будет? — Будет, — туманно ответила Власенкова. — Олег, поохотиться бы сегодня. Свежее мясо нужно… — Не только нам, поэтому перебьёмся сухпайком, — отрезал я. — Да вставайте же, наконец! Мой вопль привёл наконец в действие всех. Реанимированный костёр разгорелся, утренний холод отступил, послышались шутки и подначки. — Вообще-то если сегодня ночью мы видели всё, на что Вендихо способен… — Чаю налейте… — Слушайте, что мне сегодня снилось! — Нет, это ты послушай… — А мясо всё-таки плоховато коптили, попахивает… — У нас с водой-то как?.. — Кто мой брусок для точки свистнул? Верните, а то будет, как на Кавказе! — А там как было? — А там не вернули… — Фергюс, у тебя шов под мышкой разошёлся, давай я зашью… — Фляжку заберёшь, вон, висит на дереве… — Смотрите, какое красное солнце… — Нет, всё-таки ночка была неприятной. Сколько ещё переходов-то?. |
