Смотрю в малахитовые глаза и поверить не могу, что все они тут заодно. Да, подозревала. Но чтоб вот так!

– Прости, что не предупредил, – снова перетягивает моё внимание на себя шатен. – Но нам нужны были доказательства, – мягкий вначале, голос становится жёстче, когда мужчина замечает мой возмущённый взгляд.

Ёжусь от неприятной интонации и обиженно отворачиваюсь. Ну да. Конечно. Как это по-мужски – использовать меня вслепую и смотреть, что из этого получится.

Вот только отворачиваться мне особенно некуда, так что я немедленно попадаю под прицел внимательного взгляда Романа, на фейсе которого вижу некоторую солидарность. Вот! Хоть кто-то меня понимает!

Однако высказывать своё мнение Борису он не спешит.

– Всё позади, расслабься, – кивает ободряюще. – Сейчас подберём тебе одежду, поешь, отдохнёшь и успокоишься.

Перспектива чего-нибудь пожевать оперативно примиряет меня со всем остальным. Я ведь не ужинала, а уже наверное и завтракать пора.

Первый пункт плана блондина реализуется весьма оперативно. Через минуту Борис извлекает из таинственных недр какого-то невообразимого агрегата комбинезон, невероятно похожий на те, что надеты на них, разве что этот белого цвета.

– Одевайся, – протягивает мне добытое.

Понимая, что спорить бесполезно, верчу в руках своеобразную вещицу, определяя, как удобнее его надевать. Сбрасываю куртку, принимаюсь за блузку и тут только соображаю, что из комнаты мужчины уходить не собираются. Да, заняты чем-то – Борис у стола замер, Роман в шкафу копается, но кто помешает им обернуться в самый неподходящий момент? Правильно, никто. А я устраивать для них стриптиз не собираюсь.

– А вы, кхм… – пытаюсь вернуть себе способность к речевому общению. – Может, вы выйдете? – сиплю.

Мужчины оборачиваются на мой "прелестный" голосок и переглядываются. Однако покидать помещение не торопятся.

– Ты поменьше говори, – советует Роман и успокаивает: – Не стесняйся, раздевайся, мы не смотрим, – возвращается к изучению содержимого распахнутого перед ним проёма, а у самого аж глаза искрятся, наверное, представляет себе сей процесс.

Тонкие губы Бориса тоже непроизвольно расползаются в улыбке до того, как он успевает отвернуться.

Нет, ну не наглецы?

Махнув рукой на провоцирующие обстоятельства, сбрасываю брюки и прочую одежду, надевая на себя весьма приятный на ощупь элемент гардероба.

Потягиваюсь, привыкая к новым ощущениям. Вроде удобный, нигде не жмёт, эластичный, но не до ощущения растянутости, где нужно – уплотнённый, где нужно – мягкий. Любопытно, а все эти "кармашки" функциональные или просто накладки? Просовываю в первый попавшийся разрез один палец, второй, третий… В итоге ладонь проваливается полностью, и я нервно выдёргиваю её обратно от неожиданности. Еще бы! Ведь визуально размер кармашка сантиметров пять, не больше! Вау! Вот где заначки можно делать! Что ж, ради этого можно было и потерпеть наглость двух особей мужского пола.

Ощупываю шелковистую поверхность, поражаясь необычным свойствам материала. Казалось бы – плотный, но вот руку я чувствую, когда себя поглаживаю, а стоит надавить посильнее и уже ничего, будто ткань полностью твердеет! Просто невероятно.

У них тут однако не только техника "дошла", но и одежда. Выпытать бы побыстрее, что это за место такое!

Словно почувствовав, что я закончила переодеваться (а может всё-таки и подглядывали, кто ж их разберёт), мужчины прекращают создавать видимость чрезвычайной увлечённости процессом исследования комнаты.

– Идти сможешь? – всё ещё смеющимся взглядом изучает меня в новом облике Борис.

Киваю. Мне же шею сдавили, а не ноги переломали!

Топаем в обратном направлении, снова оказываясь в радиусе серебристого круга.