Маленькие и юркие броневики мне понадобились не случайно. Можно сказать — это результат довольно долгих моих наблюдений и размышлений.

Маньчжурия, а тем более, Монголия — это, в большей части, территории равнин. Что характерно, с резким континентальным климатом и сильными ветрами. При порывистом ветре даже при семи — восьми метрах в секунду высадка архимага на землю — занятие не для слабонервных. И если кто-то считает, что руки и ноги у архимагов никогда не ломаются, то абсолютно зря. Ломаются и ещё как, правда, всё-таки реже, чем у неодарённых.

Модификаций "бардака", как называли предки эту бронированную машину, очень много.

Я, на Арзамасском заводе, заказал себе сорок машин чуть удлинённой версии в базовой комплектации. Она предполагает экипаж в семь человек.

От дополнительных колёс и водомётов отказался сразу. Вместо колёс мне сделают боковые люки, а проблему передвижения по воде я решу своим способом. Заодно отказался и от оптики с вооружением. Оптику мне техномаги заменят своими изделиями, а мастерские Лобаева поставят вооружение получше, чем то, что принято в обычной армии.

Техномагия позволяет не только воздух в трубе разгонять до сверхзвуковых скоростей, но и на воду работает. Зачем мне водомёты, если я их смогу заменить одной — двумя трубами? Зато у меня освобождается куча внутреннего объёма.

Боеприпасов много не бывает. Равно, как и топлива, и пайков с водой, и накопителей Силы.

К моим патрульным отрядам это не должно относиться. Сколько смогу — дам. Пусть у них всего будет с избытком.

Понятно, что каждый "бардак" поступивший ко мне с завода, не останется в своём первозданном виде.

У меня уже ручонки чешутся. Понятно, что даже на первую партию броневиков много денег ухлопаю, зато каждый из них будет значить не меньше пяти обычных "бардаков", а то и всех десяти.

Силовые Щиты. Да, Щиты, а не один Щит. Для них в экипаже будет предусмотрен отдельный оператор. Его дело — следить за состоянием Щитов и оперативно накачивать Силой те, на которые приходится основная масса огня.

Чисто теоретически, довольно скоро мы переведём эту задачу на электронику, но пока специалисты Степана её решить не готовы.

Как-то очень тяжело у нас идёт сопряжение техномагии с радиотехниками. И эту проблему я уже не первый раз замечаю, что недавно Степану ещё раз высказал.

Есть у меня такое подозрение, что обе команды нынче письками меряются. Этакое негласное соревнование происходит между радиотехниками и техномагами.

Я не против соревнований, если они идут на пользу, а не в ущерб общему делу. Но тут точно пора вмешаться, пока у них противостояние далеко не зашло.

А что для этого нужно? Правильно. Вызвать огонь на себя, обозначив перед ними практически невыполнимые задачи.

Ничтоже сумняшеся, я воспользовался положением, и вызвал к себе в Харбин Степана с его замом, и Усольцева, в том же составе. Заодно и дирижабль им выделил один на всех. Вдруг, да и притрутся за время полёта.

Встречая дорогих гостей, заметил, что фокус не удался.

На взлётное поле оба моих друга выскочили всклокоченные, как боевые петухи перед боем. Впрочем, и их заместители от них не особо отставали.

Ой, зря они так. Я же не напрасно полночи не спал, соображая, какие задачи им поставить, а тем более, какие перспективные проблемы нарезать от всей широты своей души.

Да, я не такой гений техномагии, как Усольцев, и в нынешней радиотехнике уже разбираюсь так себе, зато я имею достаточно чёткое представление об обоих направлениях и знаю, где одно без другого невозможно.

— Итак, господа, мне от вас нужно следующее… — важным тоном начал я, когда мы прибыли ко мне в особняк и уединились в зале для банкетов.

— Всё сделаем, — бессовестно перебил меня Степан, — Мы ещё во время полёта об этом договорились.