Так-то я человек скромный. Мне лишняя слава не нужна. Тем более такая…

Нет, ну действительно, кто же знал, что Скороварка так бумкнет! Это же чистый сюрприз!

Чёртово болотце… Как же оно подвело! Недаром я эти гадские болота с детства не люблю. Всегда от них одни неприятности!

А ещё дома меня дожидался Мещерский. Третий советник Императора, а заодно и весьма выдающийся учёный.

Этот будет пытать про микросхемы, радиодетали и дальнейшие планы. Самое смешное, что мне есть, что ему ответить. Не так давно прилетал Степан с парой своих спецов и мы все вместе плотно поговорили на темы радиоэлектроники. Заодно и запросы центра Мещерского обсудили.

— Думаю, нам стоит пройти ко мне в кабинет, — пригласил я после обеда своего нетерпеливого гостя, который уже ёрзает от нетерпения, слушая разговоры старых архимагов.

И ведь не перебьёшь стариков. Возраст у них солидный, да и родовитости за глаза.

— Я хотел бы поговорить о ваших микросхемах, — сходу принялся за дело советник, едва мы успели расположиться за столом.

— А что с ними не так? — вкрадчиво поинтересовался я у него, в принципе, зная суть проблем их центра.

— Нам не хватает вычислительных мощностей. Производительность ваших процессоров слишком низкая.

— Так делайте свои, кто же вам мешает? Мы даже помочь готовы. Те же сапфировые подложки вам от себя отрываем, но даём, сколько запрашиваете. Пасты шлифовальные. Теперь ещё и разъёмы с проводами стали делать.

— Где же я вам столько людей возьму! — вырвался крик души у Мещерского, не понаслышке знакомого с кадровым голодом.

— Представьте себе — у меня точно такая же проблема. У наших предков многие тысячи людей, если не миллионы, на радиоэлектронику работали. Кто сырьё очищал, кто станки изготавливал и ещё тысячи разных мелочей. И очень многие из них были высококлассными специалистами.

— Но у вас Япония в руках…

— Отсталая аграрная страна, где одна половина населения пытается что-то выращивать, а вторая что-нибудь в океане выловить.

— Но откуда-то же взялся японский радиозавод?

— Который японское правительство продало за долги, так как он был убыточным?

— Но зачем-то же они его создавали?

— Было желание охватить всю страну государственным контролем. Хотя бы телефонным. Но потом автор этой затеи умер, а других инициаторов не нашлось, как и спроса на товар. По крайней мере, кроме, как в Токио, я в Японии нигде больше телефонов не видел.

— То есть, от вас мы более мощные процессоры не увидим?

— Увидите, но не скоро. Нам бы тем, что мы умеем делать, рынок насытить. К тому же, со своими текущими задачами и эти отлично справляются. К чему нужна избыточная производительность, если при улучшенном теплоотводе и наши процессоры можно серьёзно разгонять?

— И где взять этот теплоотвод?

— Пока самим сделать. Вы на нас решили взвалить всё и сразу. Так не бывает. Кстати, мы кучу сил и средств на микросхемы памяти потратили.

— Тридцать два мегабайта, — фыркнул Мещерский.

— Уже шестьдесят четыре и готовы пилотные образцы плат для их связки в пакет на четыре штуки сразу.

— Хм, это уже кое-что, — потёр руки советник, что-то тут же прикидывая про себя, — Кстати, а что вы имели ввиду, говоря про избыточную производительность?

— Сами подумайте, где мы сейчас используем весь набор наших микросхем? В станках, средствах связи, в калькуляторах и вот таких игрушках, — кивнул я на свой планшет, толщиной в хорошую книгу, да и весом в пять килограммов.