— Вот только не надо мне говорить, что потаённый смысл фильма никто не понял, — ответил я ему поднятием бокала, — Армию можно смело вдвое сокращать. Заодно и старпёров с почётом на пенсию стоит проводить.

 — Эк ты неуважительно о заслуженных людях говоришь. Опять же, что дворяне подумают, если у нас вдруг половина армии демобилизуется? — вроде бы попрекнул меня Рюмин, но его улыбка и хитринка во взгляде свидетельствовали совершенно о другом.

 — А с кем России воевать сейчас? Персия, Турция, ну, с натяжкой Китай. С востока Империя защищена. На западе у нас Антон германским кайзером. Остался юг. Но там, на суше, уже есть неплохой буфер из Багратионов и кочевников. На море я очень скоро флоту помогу. Появились у меня чудо — торпеды, да там и авиации должно хватить, чтобы любые инициативы Турции погасить. Китай пока тоже не страшен, они до сих пор власть делят, тем более, мы к нему с трёх сторон подошли. С Сибири, с Маньчжурии и, морем, с Японии.

 — Хочешь сказать, что случись у нас с Китаем заваруха, так и ты в неё впишешься? — словно между делом задал Рюмин один из тех контрольных вопросов, которые я от него ждал.

 — Вы же тоже меня не бросите, если вдруг у меня в Маньчжурии с Китаем что не так пойдёт? — пожал я в ответ плечами.

 — И как ты это видишь?

 — Союзный договор. И не только военный, но и экономический.

 — А что там за история с нашими чиновниками вышла? Говорят, похитили их? — явно взял паузу государь, наверняка, прекрасно осведомлённый о сути происшествия.

 — Им экзотики захотелось. Пожелали прильнуть к телам азиатских искусниц, а тут, словно по заказу, случился побег нескольких пленных китайских офицеров. У одного из них родная сестра в бордель продалась, чтобы брата вызволить. Побег у них удался. Им бы на рывок уйти и когти рвать, так всё бы получилось, но нет. Жадность сгубила. Решили важных персон с собой прихватить, рассчитывая на богатый выкуп. Кстати, я их лично освобождал и вроде, все они живы остались.

 — Никак на ещё один орден рассчитываешь? — насмешливо поинтересовался Император, забавно задрав вверх правую бровь.

 — Так я же расту. Чуть ли не пару раз в год новые костюмы и мундиры заказываю, так как старые малы становятся. Соответственно, и места на груди больше, — похлопал я себя для пущей убедительности по нужному месту.

 — Я тоже за последний год что-то изрядно поправился, — вроде бы сочувственно заметил Рюмин, и мы оба в голос заржали.

Ну, так-то, да. Несколько цинично выглядит говорить о наградах, когда ты сам имеешь право не только награждать достойных и непричастных, но нужных, а заодно и учреждать государственные награды.

 — Тем не менее, право имею, — отчего-то захотелось мне вдруг поспорить.

Не, ну а чо... Я сам там деятельное участие принимал, и за всю поисковую операцию всех участников наградил и премировал.

 — Имеешь, — успокоил меня Рюмин, — Большая Екатерина тебе в самый раз будет.*

Опс-с... А награда-то непростая. С намёком. Изрядным таким намёком, и видит Бог, это не экспромт государя, а тщательно выверенное решение. Такие орденские знаки вручаются членам Императорской Семьи еще при крещении, представителям же иностранных Правящих Домов — в период формирования политических и династических союзов, а также для их подкрепления.

Если бы не было неприлично чесать затылок в Императорском дворце, я бы сейчас в кровь исчесался...

 — Боюсь, армия твои начинания не поддержит, — государь, чуть помолчав и посмаковав вино, снова решил сменить тему.

 — С чего бы вдруг? Я им в руки даю такое вооружение, что позволит малой кровью достигать значительных побед, — возразил я, не скрывая обиды.