|
Его мучали кошмарные образы двух чеченских кампаний: пылающие города, ревущие «Ураганы», пикирующие бомбардировщики, после которых тлел бетон и горело железо. И являлась бредовая мысль — он ведет бои за Казань, смотрит в бинокль, как в туманном пожаре рушатся минареты мечетей, складываются от вакуумных взрывов «этажерки» высотных домов и по Волге, потеряв управление, плывет пылающий танкер, сливая в воду горящий мазут.
— Но самое страшное, что может скоро случиться, — это проект «Ханаан-2», названный так на еврейский манер. Хотя творцы этого плана уже давно растворились в новом сверхчеловечестве, в новой расе «сверхлюдей», не имеющих национальности. Они научились управлять историей, создали особую культуру, способную убыстрять или замедлять развитие мира, перекодировать его на свой лад. В очередной раз они задумали радикальную трансформацию. Занимая ключевые позиции в мировой политике, экономике и культуре, они хотят столкнуть мир с его основ. Сбросить перегрузки, в которых живет цивилизация. Не решая мировых проблем, они хотят уничтожить саму среду, в которой множатся и существуют проблемы. Они хотят «перебросить» в Россию все противоречия мира и тем самым «разгрузить» мир. Сделать Россию «свалкой противоречий». Складировать в ней «ядерные отходы истории». Демографический взрыв человечества — и они направляют в Россию миллиардные орды новых кочевников. Экологическая катастрофа — и они захватывают русскую пресную воду, девственные русские леса, невозделанные земли. Истощение ресурсов — и они завладевают русской нефтью и газом, неиссякаемыми кладовыми никеля, золота, меди. На территории бывшей России возникнет новая общность — новый центр управления историей. Но уже не будет русских, не будет России. Все переварит гигантский моллюск, который уже сегодня навис над Москвой. Все рассосет в своей студенистой утробе голубоватая медуза, которая уже колеблется в московском небе, как громадный ядовитый пузырь.
— Но ведь этот проект, если ему суждено состояться, породит мировой хаос, — с воспаленным, затравленно мерцающим взором перебил Буталин. Его наморщенный лоб, страдальческие седые брови отталкивали апокалипсические видения, начертанные Сарафановым. — Он будет пострашнее атомной войны.
Сарафанов торжествовал. Его усилиями окаменелая оболочка, куда была замурована душа генерала, распалась, и из нее вырвался возмущенный дух, готовый сопротивляться, сражаться.
— «Управляемый хаос» — есть нечто, отличное от всеобщего, вселенского хаоса. Этот хаос поражает народы, цивилизации, оставляя «золотой миллиард» нетронутым. Это «управляемый хаос», подобный тому, что вел евреев сквозь расступившиеся моря и усыпанные «небесной манной» пески, привел в землю Ханаанскую, где молочные реки смешались с реками пролитой невинной крови. «Еврейский хаос». Но «сверхлюди» не всесильны. Их «управляемому хаосу» мы противопоставим наш «Русский хаос». Русский вихрь, который сдвинет с основ омертвелый, околдованный новыми магами мир. Разорвет наброшенные на Россию путы. Сломает жесткую арматуру гигантской тюрьмы, куда поместили русский народ. Я призываю вас, генерал, дерзайте! Выводите дивизии! Русский бог дает вам великий шанс! Услышьте голос русского бога! — Сарафанов жарко дышал, чувствуя что в его дыхании присутствует светоносный пророческий дух, звучит не его, а иной, нисходящий свыше голос. Он, Сарафанов, был раструбом, сквозь который гудел и рокотал голос русского бога. Вдувал в разъятую грудь генерала богооткровенное слово. Наполнял его светлым восторгом.
— Не могу, — все еще слабо возражал Буталин. — Я дал слово президенту, что буду ему служить до конца. Не могу нарушить присягу. |