Платон, «Государство», кн. II

—     Это Степански. Сэт Степански, стюард.

—     Добро пожаловать в «Уайтстоун», мистер Степан­ски. После того как ворота откроются, поезжайте прямо, к зданию шесть в «оазисе», и заходите, чтобы зарегистриро­ваться. У вас есть с собой униформа?

—     Да, есть.

—     Отлично. Ждем вас здесь через минуту.

Тяжелые ворота высотой в десять футов, увенчанные ко­лючей проволокой, бесшумно сдвинулись вправо, открыв взору Бена прямую, как по линейке проложенную дорогу длиной не меньше четверти мили. «Себринг» с откидным верхом, недавно принадлежавший Степански, медленно двинулся вперед. В нише, под запасным колесом, лежала сумка с «джентльменским набором детектива», под кото­рой покоился револьвер тридцать восьмого калибра.

Стены восьми-девяти строений из какого-то шлифо­ванного известняка блестели в лучах послеполуденного солнца. Пара десятков довольно крупных деревьев, един­ственных представителей растительного мира на многие мили вокруг, скрашивала суровость этого места, которое голос из переговорного устройства, как понял Бен, назы­вал «оазисом».

В одном из строений, казавшимся больше остальных, помещалась, очевидно, лаборатория. Ее сотрудники, ско­рее всего, не подозревали о творящемся здесь зле и о том, что являются его соучастниками, занимаясь простой рабо­той по типированию тканей и электронной каталогизаци­ей миллионов пробирок с зелеными пробками, в которых находилась кровь ничего не подозревавших людей со всей страны. А может быть, и со всего мира.

От этой мысли Бену стало не по себе.

Кроме мотора «себринга», единственным источником шума, разрежавшего неподвижный горячий воздух Теха­са, была находившаяся на крыше здания мощная установ­ка кондиционирования воздуха. Проезжая мимо стоявших вдоль дороги, как часовые, деревьев, Бен краем глаза за­метил знакомый «эдвенчер», припаркованный за крайним справа строением. Он не мог отделаться от болезненной мысли, что какой-то несчастный, вроде Лонни Даркина, сидит или лежит взаперти, напуганный до предела и пы­тающийся понять, как и почему он здесь оказался.

Накануне Бен перекрасил волосы в темный цвет и ку­пил очки в массивной оправе, отказавшись от других по­пыток изменить свою внешность. Фотография в удостове­рении личности Степански оказалась немного смазанной, довольно потертой и к тому же семилетней давности. Сам Сэт оказался на пять лет моложе Бена, но цвет и форма лица у них были довольно схожи, так что Каллахэн не осо­бенно рисковал, выдавая себя за него. Но самым лучшим было то, что стюард, ныне обитатель секции 89 компании складского оборудования, ясно дал понять, что никто из «Уайтстоуна» не знал, как он выглядит.

Про себя, к сожалению, с полной уверенностью ска­зать подобное Бен не мог. Приближаясь к зданию номер шесть, он снова и снова восстанавливал подробности той короткой, но яростной стычки в гараже на Лавровой ули­це в Цинциннати. Схватка с человеком по имени Винсент продолжалась не больше полуминуты, освещение было очень скудным, и только один раз, за мгновение до того как струя краски залила глаза бандита, он имел возмож­ность разглядеть лицо Бена. Может, он потерял зрение на­совсем? Маловероятно. Сидел ли он за рулем «эдвенчер», когда тот колесил по улицам Фейдимена? Если так, то бу­дет ли он на борту предстоящего рейса? Пока что вопросов было гораздо больше, чем ответов.

Здание шесть оказалось небольшим офисом, украшен­ным постерами в красивых рамах, представляющими па­мятники и монументы в разных частях света. За стойкой, следя глазами за Беном с самого первого момента, стояла стройная брюнетка средних лет в форме, отчасти напоми­навшей военно-морскую.