Она исчезла и вскоре вернулась с молодым человеком, который не произвел на меня впечатления очень умного. На нем были полинялые порванные джинсы, простая и довольно грязная белая футболка и вязаная коричневая шапочка, напоминавшая чехольчик для чайника. Из-под шапочки в разные стороны торчали пряди светлых волос, на щеках и подбородке светлый пушок.

— Вы можете разблокировать этот телефон? — спросил его я.

Он ничего не ответил. Взял телефон у меня из рук, какое-то время разглядывал его.

— А код был из четырех цифр? — осведомился он.

— Не знаю, не помню, — ответил я. — Если б помнил, сам бы разблокировал.

— А номер МИНМО у него какой? — спросил он.

— МИНМО?

— Международный идентификационный номер мобильного оборудования, — медленно, словно ребенку, пояснил он.

— Понятия не имею, — ответил я.

— Обычно он указан внутри аппарата, — сказал он, снял заднюю панель, вынул батарею. — Ну вот, пожалуйста. Его удалили. Тут должен быть стикер. — Он показал где. — Так люди поступают с крадеными телефонами. — И он подозрительно уставился на меня.

— А как еще можно узнать этот МИНМО? — спросил я, стараясь не обращать внимания на этот выразительный взгляд.

— Можно ввести звездочка решетка 06 решетка, если телефон заблокирован, — нехотя ответил он. — Или же он должен быть напечатан на стикере. На коробке, в которой вы его купили.

Я решил не говорить ему, что не покупал этого телефона. Это лишь укрепит его подозрения в том, что мобильник краденый. Хотя, как знать, может, в прошлом телефон действительно постигла такая участь.

Он вставил батарейку, включил мобильник. На экране высветилась та же надпись — «пожалуйста, введите код».

— А можно как-нибудь обойтись без этого МИНМО номера? — спросил его я.

— Нет, приятель, — ответил он и отдал мне телефон. — Без этого номера или кода доступа ничем не могу помочь. Разве что придется стереть всю память. Хотите, попробую?

— Нет, — быстро ответил я. Ведь мне была нужна как раз память.

Я заплатил девочке за зарядное устройство и отнес телефон домой, на Стейшн-Роуд. Снова уселся за кухонный стол и стал думать, что же делать дальше.

«Может, попробовать как-то вычислить этот код?»

Я набрал четыре цифры — 3105. День рождения отца — тридцать первое мая.

На дисплее моментально высветилось: «Код неверный». Затем снова появилась надпись: «Пожалуйста, введите код».

Я попробовал 0531 — так принято писать даты в Америке, но и это не сработало.

Тогда я ввел год его рождения. Тот же результат.

Затем попробовал 1234. И снова: «Код неверный».

Посмотрел на копию его водительских прав. Набрал 0312, номер его дома. «Код неверный».

В водительских правах была указана дата рождения Алана Грейди — 15 марта 1948. Я попробовал 1503. Опять не то. Затем набрал 1948. И снова неправильный код.

Да он мог быть каким угодно, этот чертов код. Интересно, чему равны мои шансы разгадать его и разблокировать телефон? Если код основывался на номере его телефона, тогда они равны нулю.

Я прикинул: из четырех цифр можно составить десять тысяч комбинаций. Если вводить по одной комбинации каждые десять секунд, то вся эта процедура займет сто тысяч секунд — это при условии, если я не сделаю ошибок. А сто тысяч секунд равняются… Я сидел, делая в уме вычисления… равны… одной тысяче шестистам шестидесяти минутам, плюс еще две трети, что составляет… почти двадцать восемь часов.