Изменить размер шрифта - +
Сказали показывай вожбу, так показывай.

 

От оплеухи Коська уклонился, уж больно был демонстративный замах. Боброка этого чуть повело в сторону, когда рука не встретила преграду в виде коськиной головы. Боярин поскользнулся и чуть не упал. Пришлось Касьяну его придержать.

— Будет исполнено, Ваша Светлость. Сейчас покажу, Ваша Светлость, — решил последовать «совету» боярина Коська и не дав тому себя облапить, поклонился, вывернулся и сделал шаг к толстяку князю.

— Показывай. Дмитррий Михайлович, оставь мальца, — князь забулькал, понравилось ему проворство лекаря заморского.

— Мне человека нужно… М… Вон того, — Коська ткнул пальцем в богатого одетого парня, примерно ровесника своего, может на год постарше.

— Давыд, подойди к лекарррю, — точно, брат Епифаний же, когда представлял ехавших вокруг их возка всадников, этого тоже назвал. Давыд Дмитриевич Вороной — сынок воеводы Боброка — Волынского.

Точно Вороной. Отец скорее русый с рыжинкой, а у этого волосы чёрные, и прямые, не курчавятся, как у батяньки. И глазами чёрен. Усики пробиваются над верхней губой чёрной чертой.

Коська выудил из кошеля грош и… хватит, наобжигался с золотом, и потому в Колуге поменял три гроша на большую непонятную монету, что нашлась у посадника. Она была явно арабская. Ничего не понятно, чего там написано. Но покупать что либо Коська на неё не собирался, нужна было именно для фокусов, показать, как маленькая серебряная монета превращается в большую.

 

 

— Пойдём, Давыд, поближе к Великому князю, чтобы ему видно было.

Кто там была мать Давыда Коська не знал, но породу она подпортила этому Боброку. Малого того, что русского богатыря с соломенными волосами подменила черноволосым сыном, так он и ростом на голову батяньки ниже. Практически вровень с Касьяном. Удобно будет показывать.

Поставив мажора этого боком немного к князю Димитрию, Коська достал грош и стал им крутить по костяшкам пальцев. Сам при этом успевал и на Дмитрия Донского смотреть и на Давыда Вороного. Пока оба просто улыбались. Движение это называется у цирковых «ручеек» и в принципе каждый за пару недель тренировки может его освоить. Загнав кувыркающуюся монету в кулак Коська её спальмировал — это очередное название профессионалов, монету как бы прижимают двумя пальцами к ладони и оставляют её там, делая вид, что перекладывают в другую руку. Что Коська и проделал. А потом показал князю с семейством и подопечному Ворону пустой кулак. Второй же рукой коснулся волос парня и вытащил уже оттуда руку с монетой.

— В ухе прятал монету, сей вой, Великий князь, — пояснил Коська Дмитрию Ивановичу с лёгким поклоном.

Пришлось три раза повторить. Никто верить не хотел. Потом Коська подготовил большую арабскую монету, незаметно её из кошеля вынув, и показал, как маленькая в большую превращается. И опять три раза пришлось фокус демонстрировать. А на сладкое монета просто исчезла.

После чего парень подошёл к Боброку старшему и схватил его за рыжую бороду. Почти схватил, вид сделал. Вроде, нельзя сейчас бороду трогать чужую — табу. Воевода Боброк отшатнулся, а в руке у Коськи осталась большая серебряная монета, которую он всем желающим продемонстрировал.

— У тебя Великий князь, как казна опустеет, ты воеводу позови и из бороды у него монет сколько надо достань, — поклонился волшебник Дмитрию Ивановичу.

Боброк не ржал. Зато все остальные покатывались. Долго успокоиться не могли.

Отсмеявшись, Великий князь вспомнил зачем звал лекаря.

— Мне лекарь мой — брат Епифаний сказал, что ты знаешь, как избавиться от болей в сердце. Говори.

Вот ведь гад это брат Епифаний. Подставил. По-настоящему подставил. Разговор шёл о том, что Коська причину знает, а не лекарство.

Быстрый переход