– Вон там, на небольшом холмике, – ответил Дэниел и протянул Мэтью медную трубу.

Мэтью поставил чашку на землю и посмотрел в дальнозор. Дурен сидел под навесом, на стуле с высокой спинкой, к которой был прислонен его меч. Он снова был одет во все черное. В его позе было что-то неестественное. Определить наверняка было сложно, но казалось, что Дурен испытывает сильное напряжение. Его тело было совершенно неподвижно, а руки сжимали подлокотники.

– И давно он так сидит? – поинтересовался Мэтью, отводя от глаза дальнозор.

– С прошлой ночи, – ответил Дэниел. – И утром так же сидел. Мне кажется, он за всю ночь не переменил позы.

– Странно, – едва слышно произнес Мэтью.

– Что странно? – спросил Дэниел.

– Послушай, – сказал Коллин, – пока тебе в голову не пришла новая идея и ты не умчался прочь как сумасшедший, может, расскажешь друзьям о своих планах? Мне и то от Лары достается.

Мэтью хотел было ответить, но тут заметил Джеррела Роузона, проходившего мимо.

– Джеррел, можно мне с вами поговорить? – спросил Мэтью, вставая.

Роузон остановился; его пронзительные голубые глаза впились в юношу.

– А, это ты, Мэтью. Я тоже хотел с тобой побеседовать. Вчера я не успел тебе сказать, как сочувствую тебе из-за смерти твоего отца. Он был хороший человек и отличный солдат.

– Да, сударь, благодарю вас, – ответил Мэтью.

– Что ты хотел мне сказать, сынок? Я, в общем-то, тороплюсь… Похоже, противник начинает действовать.

Мэтью взглянул на другой конец поля: вражеский лагерь пришел в движение.

– Вы ведь были в Эндероне, правда? – спросил Мэтью.

– Да.

– Мне рассказывали, что Дурен победил там благодаря огню и взрывам.

– Это правда. Почему ты об этом спрашиваешь?

– А вчера здесь происходило что-нибудь подобное? – Роузон нахмурился, припоминая:

– Нет, ничего похожего не было. Но… Мэтью, у меня нет времени на праздные беседы. К чему ты расспрашиваешь? Если ты просто беспокоишься, то тебе, наверное, стоит… – Увидев, как напрягся юноша, Роузон понял, что совершил ошибку. – Прости, парень, – быстро поправился он. – Это я напрасно сказал. Ты вполне доказал, что не трус… но я все-таки тороплюсь. Чего ты хочешь?

Мэтью расслабился.

– Я не просто так спрашиваю, – сказал он. – Это правда, что Дурен со вчерашнего дня вот так сидит?

– С того времени, как мы вступили в бой, – произнес один из людей, сопровождавших Роузона. – Сначала он стоял, но потом ему принесли стул.

– Вам это не кажется странным? – спросил у него Мэтью.

– Честно говоря, мне кажется очень странным все, что делает Карас Дурен, – сказал Роузон, глядя на другой конец поля. – А теперь мне в самом деле пора…

– А вот эти деревянные штуки на поле – это ведь катапульты, правильно?

– Правильно.

– А их можно нацелить прямо на Дурена?

– Это хорошая мысль, парень, – похвалил его другой спутник Роузона, – но эти катапульты не слишком точно стреляют. Шансов попасть в цель немного. Кроме того, большой камень до него не долетит.

– А если вы увеличите угол подъема и уменьшите массу… – произнес вдруг Дэниел.

Все оглянулись и посмотрели на него.

– Это ведь очень просто, – объяснил юноша. – Законы физики.